Скороспелки (СИ)

Они уже давно приметили, что трансфигурация даётся Поттеру тяжелее и проводится без особого изящества, зато созданные предметы “держатся” значительно дольше. Видимо, как волшебник, он сильнее. Но вот тонкости ему не хватает.

За завтраком парням резко стало не до разговоров - прилетело говорящее письмо от матери семейства Уизли, и говорило оно громко, так что до конца дня горе-пилоты ходили пришибленными. Историю перелёта от Лондона до Шотландии мальчишки рассказали подруге уже вечером в те самые полчаса незадолго до отбоя, которые планово дружили, как повелось у них ещё с ноября прошлого года - прижился этот обычай, хотя свой первоначальный смысл давно потерял - ребята уже давно общались непринуждённо, даже гуляли вместе.

С другой стороны именно эти тридцать минут Рон уделял тому, чтобы убедить подругу дать ему списать домашку, хотя мог бы и у Гарри взять, потому что Поттер бакланил не столь упорно, как он. Видимо, рыжему хотелось обязательно самого лучшего. То есть переписать работу настоящего признанного мастера познания - известной отличницы и всезнайки Гермионы Грейнджер.

***

Удивительной штукой оказался эффект, от словленного через зеркальце отражённого взгляда василиска - тело деревянное, зрачки неподвижные, а слух и зрение вполне исправные. Пользы от зрения, впрочем, очень немного, потому что глаза направлены строго в одну сторону - на потолок. Можно отличить день от ночи и ещё разглядеть кусочек того, кто над тобою склонился. И собственная вытянутая рука наблюдается с зажатым в кулаке листом из учебника.

Каждый раз, когда её навещали Гарри и Рон, она буквально внутренне взвывала, заклиная: “Ну загляните, наконец, в мою ладошку! Там же находится нужная вам разгадка!”

Не заглянули. Бестолочи. Несмотря на то, что краешек бумажки торчит наружу. Остолопы. Болваны. Чурбаны. Истуканы. И ведь даже малейшего знака подать невозможно - ни веком не пошевелишь, ни дыхания не затаишь, потому что нет его, этого дыхания."

"Надо признаться, в больничное крыло Поттер заглядывал чаще, чем Уизли.

И около окаменевшей подруги задерживался значительно дольше, тихонько рассказывая о школьных событиях и происшествиях на уроках. Пару раз поведал о новых заклинаниях, о волокнистой росянке и заковыристом рецепте, что варили у Снейпа. Упомянул и мохнатый кубок с крысиным хвостом, который трансфигурировал, очевидно, из белой мыши, из-за чего, собственно, и озадачился - мышь маленькая и белая, но шерсть и хвост - серые. Причём этот хвост чересчур большой.