Сходняк

Воздух моментально наполнился приглушенным хлопаньем, какой издает стая голубей, разом поднимающихся в воздух, – каждый из нападавших имел автомат, а каждый автомат имел глушитель, поэтому звуки выстрелов были практически неслышны. В доме кто-то заверещал, тоненько, пронзительно, и тут же умолк, будто кричащему с размаху заткнули рот. Зато звуки выстрелов обороняющихся разносились далеко окрест почти одновременно с прорывом на чердаке заработал пулемет, его победную трескотню подхватил хор автоматов, в окнах лихорадочно замельтешили белые огоньки пламегасителей, визг рикошета сливался с невнятными людскими воплями.

.. Сюррное, в общем, это было зрелище: залитый колеблющимся светом от горящего «джипа» дворик богатого особняка, мелькают тут и там силуэты, отбрасывая длинные, какие-то нелюдские тени, вдребезги разлетаются окна, и осколки брызгами сверкают в отблесках огней...

Нападающие имели четкий приказ: стремительное проникновение, устранение всех в особняке всех, кроме троих русских с такими-то и такими-то приметами, тех надлежало захватить как минимум живыми, как максимум невредимыми, – и стремительный же отход, пока менты не налетели.

... Однако с самого начала все пошло как-то наперекосяк: обитателей дома на улице Логачева неожиданно оказалось значительно больше, неожиданно они оказались готовыми к отпору – и атака захлебнулась.

Вылетев из окна второго этажа и прочертив плавную дымную дугу в ночном воздухе, на клумбу шмякнулась граната... Шарах!!! Вспышка, грохот, вздыбившаяся земля! Двоих атакующих кровавыми ошметками разметало по кустам, еще двое корчились в траве, оглашая воздух почти нечеловеческим воем.

Несколько лежало и вовсе без движения – прошитые очередями навылет.

Ударом распахнулась дверь, ведущая в здание, где засели туркмены, на пороге возник человек в окровавленной, изодранной рубахе. Русский. Один из тех, кого надлежало захватить как минимум живым. Лицо его было белым, как штукатурка, он вскинул автомат, заорал надрывно:

– Гриню положили! Гриню убили, су-у-уки!!! – и дал длиннющую, во весь магазин, очередь.

..

– Не стрелять! – крикнул командир группы захвата, но было поздно.

Человек на крыльце нелепо задергался, завертелся волчком, свалился со ступеней... и замер. Из-под недвижного тело быстро растекалась густая, вишневого цвета лужа..."

"И тогда командир группы захвата, оглушенный пальбой, уже практически ничего не соображая, дал приказ отступать. Из пекла выбрались пятеро – всего четверть от первоначального числа атакующих.