Сказание о Старом Урале

Акинфий не успел выхватить документ из пламени, отдернул руку. Бумага превратилась в пушинку золы...

– Донос несла?

Она молча пятилась к двери. В ярости Акинфий запустил в нее поленом. Оно ударилось в дверь.

– От кого донос?

Ссутулившись, Акинфий медленно наступал на пленницу, сжимая кулаки. И вдруг как вкопанный замер... Там вдалеке, на Наклонной башне, куранты играли бравурный марш!

Акинфий кинулся к окну, отдернул штору. Тот же лунный свет. Но куранты, не переставая, исполняли свой марш...

– Вон отсюда! Назад, в сучью!

Не поднимая с полу оброненный апостольник, пленница убежала.

"Демидов прислушивался к бравурному, уже давно не звучавшему мотиву... Судьба Меншикова... Эх, как-то к тому пришла весть об опале? Тоже, верно, знак какой-нибудь подавался, а может, вовсе нечаянно обрушилось?..

Получаса не прошло, как снизу, из вестибюля, донеслись голоса. Акинфий как был в халате, так и вышел в коридор. Незнакомый голос извиняющимся тоном:

– Нет, нет, зачем же тревожить барина так рано?

Акинфий ступил в вестибюль.

– Что приключилось? Отчего шум у меня в доме?

– Очевидно, имею честь видеть самого господина Демидова?

– Его самого.

– Имею честь представиться: Слушков. Начальник конвоя его превосходительства командира уральских горных заводов.

– Рад, что осчастливили нежданным визитом.

– Приношу извинения за беспокойство, причиняемое в такой глухой ночной час.

– Ну, полно, что за извиненья! Гостям рады. Ни днем ни ночью дверей на запоре не держим. Все ли благополучно у вас, господин Слушков? Избави бог, уж не случилось ли с вами какой дорожной беды? Милости прошу раздеваться и отдохнуть с дороги.

– Дело-то неладное, хозяин, – хмуро и глухо начал приказчик Шанежка, но офицер перебил его:

– Совершено нападение на мой конвой. Его превосходительство поручил мне сопровождать в Петербург господина советника берг-коллегни Эрнеста Иоганновича Шумахера, навещавшего генерала Татищева с особым поручением.

– Батюшки-светы! Нападение, говорите? Где же на вас душегубы напали?

– По новой дороге на ваш Тагильский завод.

– Час от часу не легче! Неужто пострадал кто от разбойников?

– Так точно. Советник берг-коллегии зарублен топором. Тут же и скончался.

– Господи, спаси и помилуй. – Акинфий размашисто перекрестился.