Скандальная измена (СИ)

Ему же, опять смягчая тон, бросаю:

– То есть ты не боишься, что какой-то посторонний бугай будет тереться в нашей квартире? Лазить тут? Везде заглядывать? На меня заглядывать? А если он решит, что я позвала его не просто кондиционер починить? Это же тебе потом придется объяснять моей маме, почему меня нашли где-то в лесу…

Я фантазирую, но делаю это так искусно, что и сама начинаю верить. Теперь точно никакого «мужа на час» не вызову. Даже если Игорь откажется ехать. Лучше умру от духоты или удара по голове упавшей полки.

А может не придется.

Я слышу, что Игорь колеблется. Потом шумно и долго выдыхает. Ругается сквозь зубы, а я улыбаюсь.Тянусь к грудной клетке рукой, сжимая пальцы в кулаке. В области солнечного сплетения зарождается надежда…

– У меня до черта много работы, Агата. До. Черта. Но я почему-то должен…

– Потому что пять лет назад ты пообещал… – Шепчу нежно. Договаривать не приходится.

Серебрянский скидывает, буркнув: «ладно, я приеду».

Я же победно пищу, бросаю телефон на стол и бегу переодеваться.

Мне срочно нужно что-то шелковое.

Глава 10

До приезда Игоря я успеваю обрести новый жизненный смысл, а еще привести себя в порядок и даже спуститься в небольшой магазинчик под домом.

Конечно, встречать мужа готовым романтическим ужином из трех блюд я не буду, увидев такое — он с порога развернется, обвинив меня в очередной манипуляции, но и путь к сердце по знакомой тропке проложить постараюсь.

Когда слышу дверной звонок, волнуюсь до мокрых ладошек. Бросаю нарезку овощей для гратена, споласкиваю руки и иду открывать.

Увидев Игоря на лестничной клетке, быстро сканирую состояние и настроение мужа. Белки глаз в мелкую сосудистую сеточку, цвет лица сероват, губы сжаты.

Серебрянскому без меня плохо, но злорадства это не вызывает. Только недоумение. Зачем он нас мучает?

— Почему своим ключом не открыл?

Задаю вопрос, делая вид, что слегка раздражена, хотя на самом деле — нет. Просто играю роль, а его видеть я по-прежнему рада.

— Потому что это твое жилье. — Игорь делает ударение на противном слове “твое”, хотя я-то по-прежнему считаю все наше именно “нашим”, заходит и оглядывается.

— Еще скажи, что в нашу квартиру я отныне тоже должна звонить… — Произношу вроде как иронично, но на самом деле, не могу сдержать обиду.

— Было бы неплохо…

Игорь отвечает тихо, но я все равно слышу. Вот гад!

Хочется треснуть, а потом зацеловать, потому что любимым мы прощаем почти все, но я держу себя в руках.

Покашливаю, поправляю воротничок халата.