Скала Прощания. Том 2

Мы через многое прошли вместе, чтобы я не одобрял твои слова. Ты прав, мы пришли в эти места не как принц и его придворные – в любом случае из нас получился бы довольно жалкий двор. Нам следует выяснить, что здесь происходит, не подвергая опасности наших женщин и Лелет. – Он повернулся к Изорну, самому молчаливому из их троицы. – Более всего мы хотим, чтобы нас считали обычными путешественниками. Ты, Изорн, выглядишь особенно упитанным: одна лишь твоя мощная фигура может напугать бедных крестьян. – Он рассмеялся и ткнул бравого риммера в бок.

Изорн, не ожидавший такого веселья от принца, едва не свалился с лошади.

– Я не могу стать маленьким, Джошуа, – проворчал он. – Вам остается радоваться, что я не такой большой, как мой отец, в противном случае ваши подданные с отчаянными криками разбежались бы в разные стороны, как только увидели бы меня.

– О, как мне не хватает Изгримнура, – сказал Джошуа. – Пусть Эйдон присмотрит за твоим отцом – он замечательный человек – и благополучно приведет его к нам.

– Моя мать очень по нему скучает и боится за него, – тихо сказал Изорн, – но она не говорит об этом вслух. – Его добродушное лицо оставалось серьезным.

Джошуа бросил на него проницательный взгляд.

– Да, ваша семья не склонна к проявлению чувств.

– Тем не менее, – неожиданно сказал Деорнот, – герцог вполне может устроить скандал, когда он недоволен! Я помню, что, когда мы узнали, что Скали приедет на похороны короля Джона, твой отец швырнул стул через ширму епископа Домитиса, и тот разлетелся на мелкие кусочки! Бумс! Будь я проклят! – Рассмеявшийся Деорнот споткнулся о небольшой холмик в темноте.

– Если ты сломаешь ногу, то сможешь ехать на лошади, – сухо ответил принц. – А если твой новый скакун Вилдаликс сломает ногу, сможешь ли ты его нести?

Деорнот неохотно согласился."

"Тихонько обсуждая отца Изорна и его легендарный темперамент – за всплеском которого, как только герцог успокаивался, почти всегда следовали искренние извинения, – они прошли по заросшему травой склону холма в сторону ближайших огней.

Свора дрожавших от холода голодных собак принялась лаять и носиться вокруг них, когда трое воинов приблизились к поселению.