Ситка

Чай был вкусным, а медовые пирожные нельзя было и сравнить с тем, чем его кормили на корабле. У него появилось чувство, что начинается что-то такое, чего не сможет остановить даже Рудаков. Ситка был маленьким городом. В течение нескольких часов, которые он проведет в ожидании обеда у Рудакова, каждый житель должен узнать, что у него на борту груз пшеницы, и если здесь существовала проблема с зерном, губернатора завалят протестами.

Допив чай, он положил на стол золотую монету. Когда официантка отдала ему сдачу, он отодвинул ее в сторону.

— Вы не сказали, как вас зовут.

— Дуня, — она покраснела. — А вас?

— Жан Лабрж.

— Этого слишком много. Я не смогу взять столько денег.

Он взял сдачу, затем отдал ей половину. Быстро оглянувшись, чтобы убедиться, что никто не подсматривает, она положила деньги в карман.

— Можете, — предложила ей Жан, — кое-что рассказать человеку, который только что вышел.

— Это мой отец.

— Можете передать ему, что если зерно быстро не разгрузят, мне придется отплыть. Если только.

Глава 16

Когда Жан вошел, круглое лицо Рудакова сияло; он казался пьяным и очень довольным собой. Похоже, он считал, что проблема, связанная с прибытием «Саквиханны», решена. Он с энтузаизмом схватил протянутую руку Жана.

— Входите, мой друг! Садитесь! Как бы там ни было, наш замок всегда славился своими винными погребами! Что вам налить? Не желаете бутылку мадеры?

Жан был вежлив, но держался настороже.

— Благодарю вас, — сказал он, быстро оглядывая комнату.

По сигналу Рудакова официанты принесли два бокала.

— Ужин будет готов через минуту, — объяснил Рудаков, — и у нас будет несколько гостей.

Жан попробовал вино.

— У вас очень интересный город, — сказал он, решая нанести удар по новооприбретенной уверенности Рудакова.

Улыбка исчезла с лица русского. Замечание явно не обрадовало его, но настроение было таким приподнятым, что даже такая новость не смогла его поколебать. Они произнесли тосты за их правительства, и стаканы наполнились вновь.

— За Великого князя Константина, — предложил Жан.

— Рудаков заколебался, явно озадаченный, затем монотонно повторил:

— За Великого князя Константина.