Sindroma unicuma. Книга 2.

Когда минули положенные часы оплачиваемого труда, я наспех распрощалась с начальником, хлюпавшим носом, и рванула наверх, не оглядываясь на обиталище подвального чудовища, едва не оттяпавшего мою конечность.

Проклятье, где же Мэл? Появился бы, и дело с концом, - мысленно застонала, кружа по периметру холла и стараясь не смотреть на свои взъерошенные отражения в зеркалах. Скоро устану бояться встречи с парнем.

Реферат дня продолжился получением еженедельных пятидесяти висоров у Стопятнадцатого. Пусть мои ручки скоро обмоются в золотом ручье, всё ж мелочевка не помешает.

Я не сомневалась в честности Алесса как партнера. Клятвопожатие являлось гарантом сделки, и если рыжий обманет, его постигнет возмездие в виде быстрозной гангрены, распространяющейся по телу скорее тока крови по сосудам. Спасения от этой напасти нет, несмотря на известный постулат: на каждое действие всегда найдется противодействие.

Клятвопожатием назвали древний ритуал - сложный, но надежный и популярный у преступных личностей, таких как я.

Его формула была успешно расшифрована учеными-висориками и адаптирована наукой к современной жизни. Даже невидящие могут заключать сделки с клятвопожатием, для чего достаточно запомнить последовательность надавливания пальцами на костяшки будущего партнера, а также не запутаться в очередности, с коей меняется переплетение рук.

Различные вариации клятвопожатий усвоились мной в интернате, где были хорошие учителя. Однажды нас повезли в городской госпиталь на экскурсию в отделение жертв вис-злоупотреблений.

В изолированной палате, за стеклом, лежало нечто, отдаленно похожее на человека - гноящийся черно-красный бесформенный обрубок в бинтах. ""Посмотрите, дети, перед вами пример нарушенного клятвопожатия"", - просветила воспитательница. - ""Мой вам совет: по возможности избегайте клятв, обещаний и обетов. По статистике девяносто девять процентов мучительных смертей случаются по причине нарушения обязательств - сознательных или из-за безалаберности. А теперь поглядим на редкий случай янтарной чумы"". Мы с Аликом плелись последними. ""Не передумала?"" - спросил он. ""Нет"", - ответила я решительно и сжала кулаки, чтобы унять подкатывающую тошноту. Алик хмыкнул: ""Ладно. Тогда сегодня после отбоя в каптёрке. Начнем ликбез"".

Генрих Генрихович вернул меня к действительности.

- Как сессия? - проявил участие, сложив замком руки на животе, пока я складывала банкноту в кармашек сумки. - Продвигается?

- Угу, - кивнула я, увлеченно застегивая молнию.