Sindroma unicuma. Книга 2.

4

Заглянув на кухоньку, Альрик увидел, что слезно-плакучий выплеск закончился, уступив место апатичности. Включив в крохотном помещении свет и поставив чайник кипятиться, мужчина достал из створок буфетного столика вазочки с печеньем и засахаренными фруктами.

Во всем нужно видеть хорошее, - размышляла я флегматично, наблюдая за перемещениями профессора. Хорошо, что окончательный разрыв с Мэлом произошел на ноте недопонимания и обид. Будет значительно проще принять его презрение и ненависть, но на горизонте скоро появится новая проблема: как набраться решимости и выдержать враждебность, которую Мэл обрушит на меня при следующей встрече.

Подумаю об этом позже. Не сейчас.

Чаепитие происходило в молчаливой обстановке, сопровождаемое похрустываниями и прихлебываниями. Но почему-то в рот ничего не лезло. Пилось и елось мало, и почти не думалось. Мимоходом всплывали обрывочные фразы.

""Во всем, что касается вас, он стремится к тотальному контролю"".

""Потому что он решил, будто может взять чужое""...

""Будешь просить прощения... губами, руками, собою...""

Невпопад вспомнившиеся слова: ""Студентка - днем, любовница - ночью"" вызвали прилив жара к щекам, и я искоса взглянула на профессора, с задумчивым видом помешивающего ложечкой в чашке. Рядом со мной сидел не абстрактный преподаватель, приходящий утром в институт и покидающий вечером рабочее место. У мужчины, занимавшего соседний стул, имелись интересы, обязанности перед кем-то, права на кого-то.

Воображение нарисовало два обнаженных тела, сплетенных в объятиях. Шелковые простыни, отблески свечей, приспущенный балдахин, россыпи розовых лепестков, черный ажурный чулок на спинке кровати, экзотические ароматы... Длинные стройные ноги, обхватившие мужские бедра... Хриплый шепот, стоны... Изгиб изящной шеи, водопад темных кудрей, рассыпавшихся на подушке.

Проклятая фантазия умудрилась впустить на кухоньку запахи и звуки чувственной сцены. Отгоняя дурман, я потерла нос и поспешно отвернулась к окну, чтобы Альрик не увидел мое лицо, но, видимо, сделала это недостаточно быстро, потому что он не донес чашку до рта и со стуком поставил на стол.

Чаепитие сошло на нет. Профессор молчал, я - тоже, терзая взглядом оконную ручку.