Sindroma unicuma. Книга 2.

! Я бы камня на камне не оставила от его вранья! - свирепо швырнула подборку статей перед студентом, и он испуганно моргнул. Я бы вывела Мэла на чистую воду и наблюдала с мстительным удовольствием, как вытянется растерянно его лицо, когда он поймет, что пойман с поличным, как начнет жалко оправдываться и лепетать что-то бессвязное, а я уйду, неприступная и гордая, с обманутыми чувствами, наговорив напоследок много жестоких и обидных слов, чтобы посильнее уязвить Мэла, и чтобы он не думал, будто мне больно и внутри жжет, не ослабевая.

Да, я бы так и поступила в своей драматической фантазии, но в реальной жизни не мне довелось размахивать фотками перед носом обманщика. В действительности получилось наоборот, и щеки плавились от стыда, когда меня уличили во лжи.

Заработавшись, я не заметила, как пролетело время, и, торопливо попрощавшись с начальником, двинулась по направлению к важному пункту назначения - то бишь в закрытую лабораторию на пятом этаже. Пока ноги взбирались по ступеням, голова не бездействовала, а усердно думала.

Я признала себя виноватой в том, что обманула Мэла. Но! Исключительно из благих намерений, которые, как говорится, устилают шипами дорогу в ад. Обвинения Мэла беспочвенны, и я докажу ему. Придется объяснять обтекаемо, чтобы не подавиться собственным языком, но у меня всё получится, и Мэл еще извинится за гадкие слова.

С каждым шагом, приближающим к стеклянной перегородке, моя уверенность росла, и, прижимая палец к электронному замку, я придумала: попрошу профессора поговорить с Мэлом.

Пусть Альрик объяснит парню, что подозрения не имеют под собой оснований, ведь, в конце концов, обвиняющий перст указал на нас обоих. Да, именно так. Профессор скажет Мэлу: ""Очнись, малец, меня не прельщают шмакодявки в зеленых свитерах и вечных юбках. Меня прельщают деньги, желательно в золотых монетах"", и Мэл, покумекав своими висоратскими мозгами, поймет суть намека."

"Размечтавшись, я запоздало унюхала вкусные запахи, витавшие в коридоре.

Точно, сегодня же Альрик получает поздравления от коллег, и наверняка по этому поводу состоялся сабантуй. Придется переждать праздничный бум в библиотеке и заглянуть попозже. Я было развернулась, чтобы уйти, как вдруг дверь лаборатории распахнулась, явив моим глазам профессора в белом халате. Мужчина почему-то не держал бокал с вином, и из-за двери не слышался гомон институтских гостей.

- Эва Карловна, - поприветствовал сухо. - Проходите. Я сейчас вернусь.