Sindroma unicuma. Книга 2.

- Но я не смогу! - воскликнула, возмутившись наветом. Мало того, что у меня нет ума и способностей, а как ни скрывайся, рано или поздно обязательства найдут любого клятвоотступника, и тому немало подтверждений. В истории висорики приобрел легендарную известность аферист мирового масштаба Венька Золотой зуб, который заключал сделки в безлунные дни, а потом сматывался, не выполнив условия договора. Его хитрости и таланта хватило на восемь лет пряток, прежде чем он в одно мгновение сошел с ума и стал овощем.

Психика Веньки не выдержала накатившего возмездия за десятки обманутых людей. По сравнению с гением аферы я - ноль без палочки.

- Как знать, - заметил философски профессор. - Итак, вы согласны?

Колебания были недолгими.

- Хорошо, - согласилась я ослабевшим голосом и опустилась на соседний табурет.

Мужчина достал из шкафчика фужер, плеснул в него вина, и, макая палец в спиртное, вывел на столе сложную квадрограмму, именуемую печатью обета. Затем Альрик ушел из кухни, и пока он отсутствовал, я встревоженно егозила на табурете.

Перспектива кровопролития замкнула в голове клеммы, отпуская поводья страха. Вдруг профессор потребует отрезать палец или ухо?

Появившись в проеме, мужчина положил на стол небольшой футляр и флакончик с прозрачной жидкостью.

- Это спирт для стерилизации. Эва Карловна, вы побледнели. Не волнуйтесь, на моей и вашей ладонях будут сделаны неглубокие надрезы, которые затронут поверхностные капилляры. Порез быстро заживет, и через день-два вы не вспомните о нем.

Я судорожно вздохнула.

- Вы можете отказаться, - предложил Альрик.

- Нет времени. Соглашаюсь на ваше условие.

- Неужели безвыходная ситуация?

- Да.

- Помните шаблон обета на новолатинском?"

"- Приблизительно, - нервным движением я отбросила мешающую челку назад.

- Для верности напишу на бумаге.

Мужчина исчез из кухни, и опять потекли томительные минуты ожидания. Появился он с листком, исписанным убористым почерком.

- Держите.

Я приняла бумагу дрожащими пальцами.

Альрик тщательно вымыл руки в своей любимой раковине, вернулся к столу и, открыв футляр, вынул с бархатного ложа небольшой ножичек с заточенной головкой. Скальпель!

11.3

Взгляд заметался по столу между печатью рун. В моей памяти всплыли обрывки знаний из курса символистики: прямые линии проводить справа налево и ни в коем случае наоборот, больше пяти символов в одну руну не соединять, волны связывать в нечетном количестве.