Sindroma unicuma. Книга 2.

Почему именно с двумя? А-а, чтобы сложнее и изысканнее) и отточенным с детства движением берет кусочек серобуромалинового желе, отправляя в рот. Однозначно желе, мы же о кашах слыхом не слыхивали, - раздраженно размешивала я содержимое кастрюльки, чтобы не пригорело.

Опять же Петя, будь он неладен со своим приемом. Из-за него мне придется связаться с Альриком и проявить недюжинные деловые качества, чтобы убедить в партнерстве. Еще неизвестно, согласится ли профессор во второй раз на мое предложение. Все-таки Мэл прав, следовало давно рассказать парню обо всем, не боясь за нервный срыв на спортивной арене.

Сейчас бы в ус не дула, а дула бы на горячую кашу.

Несмотря на раздражение, выплеснувшееся в сторону Пети, моя совесть завозилась червячком, заставляя прикусить губу и признать правоту упрека. Мэл, в отличие от меня, знал, что Петя стал чемпионом, и, по всей видимости, следил за успехами спортсмена. Помнится, он как-то сказал, что парень вышел в полуфинал чемпионата, но данная новость пролетела мимо моих ушей, не став сенсацией, зато сегодня воздалась сторицей.

Что за жизнь творится? - вздохнула я, намазывая бутерброды. Даром мне не нужно ваше светское общество, а оно само липнет ко мне и засасывает как клоака: стечением обстоятельств и разными случайностями.

Если Альрик не согласится провести экспертизу, на запасном пути стоял вариант на крайний случай - разговор с отцом, которого вряд ли проймет известие о том, что непутевая доченька умудрилась пробиться в высшую лигу висоратского общества, сама того не желая.

Признать по правде, я страшно боялась звонить родителю. Вдоволь хватило последнего телефонного разговора, в котором меня обвинили в легкомысленном поведении, не стесняясь в выражениях.

- Знаешь, какой зверь сидит внутри твоего парня? - спросил Радик между делом, гремя ложкой о стенки кастрюли.

От неожиданности вопроса я закашлялась, поперхнувшись, и парнишка постучал по спине.

- И какой же? - вытерла заслезившиеся глаза.

- Никогда таких не видел.

Тёмный и непредсказуемый, и постоянно изменялся: то замирал, словно прирученный, когда твой парень поворачивался к тебе, а то уплотнялся и скрежетал когтями, когда он смотрел на меня и на Олега.

Я выслушала байку с открытым ртом. Тоже сказал - одомашненный. Попробуй привести такого в загон, повышибает двери копытами и умчится в прерии. Уже умчался, и дня оказалось мало.

- А Олега откуда знаешь? - спросила не в тему, зачарованная пугающим описанием зверя Мэла.