Sindroma unicuma. Книга 2.

Кроме того, я ничем не хуже хваленых висоратов, и у меня свои понятия о чести.

Оставался еще один вариант. Фляжка и Альрик, который пообещал провести экспертизу. Придется соглашаться на третье условие профессора, потому что терять мне нечего. Не сыграет особой роли, если Альрик узнает подробности детства неделей раньше, чем журналисты. К тому же мужчина сам сказал: ему нужны не домыслы, а факты, которых набиралось с гулькин нос. Ничего сверхсекретного не сообщу: жизнь у тетки, жизнь в интернате, студенческая жизнь - без сенсаций и шокирующих подробностей.

С каждой минутой идея продажи коньячной баклажки становилась всё привлекательнее, пока не засияла путеводной звездой. И почему я сразу не приняла предложение профессора? - отругала себя за трусость и чрезмерную таинственность. Сейчас держала бы в руках заключение экспертизы, и не сегодня-завтра Рыжий сообщил бы, возьмет на реализацию контрабандный товар или нет.

Решено. Еще не поздно, и Альрику должно хватить времени, чтобы провести экспертизу раритета, но теперь диктовать условия буду я.

Бросив фляжку в сумку, я начала лихорадочно собираться, чтобы сбегать в заветную лабораторию на закрытом пятом этаже. Буду тверда как кремень и невозмутима - именно так совершаются сделки века.

- Куды мчишь? - притормозила меня вахтерша. - Несёсси сломя голову. Словно реченька должна течь, а не топотать стадом коров.

Ой, в руку поучение бабуси! Как нельзя кстати пригодится через неделю на великосветском приеме."

"Отшатнувшись от бдительной охранницы, я с размаху впечаталась во что-то массивное и несваливаемое торпедами вроде моей особы.

- Ох, ты, горюшко луковое, - запричитала вахтерша. - Очечки пора носить, девонька. Не ровен час, убьешь важную персону.

- Полно вам, Василиса Трофимовна, - прогудел знакомый бас, и я отлепила нос от неподвижной скалы. - Важнее вас в институте не сыскать, - похвалил вахтершу голос, и та хихикнула как девочка, приняв комплимент.

Потирая выступающую часть лица, я распознала в говорящем Стопятнадцатого, добродушно поглядывавшего на меня. Декан вознамерился отчаливать домой, поскольку был в длинном зимнем пальто с меховым воротником и с шапочкой-пилоткой на голове.

- Эва Карловна, куда торопитесь, на ночь глядя? - проявил участие мужчина.

- Вроде бы не ночь пока, - взглянула на часы. - Я к Аль... к профессору Вулфу.