Sindroma unicuma. Книга 2.

- То есть как у тебя? Нет-нет-нет, ни за какие коврижки!

Сумасшедшее предложение! Мне хватило денька в обществе его родни, теперь осталось сказать ""здрасте"" папеньке и маменьке, заявившись в Мелёшинский особняк на ночь глядя. Почему-то в голову пришло, что Мэл должен жить в особняке или в замке с фонтаном, парком и скульптурами. Его родители вряд ли обрадуются появлению на пороге сыночка с девкой непонятного происхождения. Туда допускают только породистых девиц в вечерних платьях.

- Да не съем тебя, - отозвался небрежно Мелёшин.

- Зато родственники сожрут и не подавятся.

Ни за что! Не предложение, а сплошной самоубийственный абсурд.

- Я живу один, - пояснил Мэл.

- Нет и еще раз нет, - подтвердила я первоначальное решение.

- Как хочешь, - пожал он плечами. - Переночевала бы в уголочке и потопала себе на здоровье утром домой. Я обычно сплю до обеда, так что выйдешь, дверь захлопнешь и поедешь, куда хотела.

При его словах я вдруг почувствовала, что мои бедные ножки жутко устали, что спину ломит, а мышцы ноют, что день выдался длинный и богатый на потрясения, и что неплохо бы прикорнуть в горизонтальном положении и приложить утомленную голову на мягкую подушку.

- С радостью, но не могу.

- Ладно, - взглянул Мэл на часы. - Уже одиннадцатый час. Бывай.

Неужели он сейчас уйдет и бросит меня здесь? И уговаривать не будет? Он пошутил, - убеждала себя.

К выходу! А я останусь одна в вымершей зоне исчезнувших соседей.

- Мэл!

- Ну? - обернулся он на выходе.

- А там твоего дяди и кузена не будет?

- Не будет.

- А этих всяких...

- Не роятся, - пояснил терпеливо.

- Я тебя не стесню?

Он хмыкнул.

- Нет, Папена, не стеснишь.

- Мне много места не надо. Где-нибудь в сторонке посплю.

- В чуланчике будешь?

- Хоть где, - согласилась я горячо, а потом поняла, что он опять смеется надо мной.

- Устал уже твои долги собирать. Поехали?

Ломик я взяла с собой, побоявшись оставить на ночь в общаге, и Мэл положил его в багажник небольшого автомобиля, одиноко скучавшего у ворот института. Туда же поставил и мою сумку. Машинка оказалась небольшой, аккуратненькой, словно была рассчитана для поездок по городу за покупками.

- Погоди, сначала прогрею, - завел он двигатель.