Неудержимый. Книга XXIII

А во-вторых, таким образом я признаю его силу. Да лучше я сдохну в бою, чем позволю такому случиться!

Для противостояния с рыжим у меня имелось несколько фокусов. Но все они могут не понадобиться, если он окажется значительно быстрее меня. Здесь и заключался главный риск…

Мы продолжали буравить друг друга взглядами, но никто не решался переступить ту самую красную линию, после которой обратной дороги уже не будет. Я обозначил своё право на владение по крайней мере половиной трофеев. Теперь слово за ним.

— Ха-ха! — внезапно рассмеялся Рыжий, — Какой же ты всё-таки наглец! — отсмеявшись, сказал Рыжий, — Давненько я таких не встречал. Обычно, у подобных тебе малявок начинают трястись коленки при виде «Великих Охотников», но только не у тебя. Молодец, парень, далеко пойдёшь!

Сдался? Сказать, что я был удивлён, это ничего не сказать. Неужели я ошибался насчёт него?

— Согласен, ты получишь одну лапу, но вторую ты отдашь мне, — Рыжий выдвинул свои условия, — К тому же ты спас мне жизнь, и я это высоко ценю.

Отдавать ему вторую культяпку псины мне не очень хотелось, я ведь даже толком не изучил, какие дары находились на ней.

— По рукам, — я решил не тянуть кота за хвост и согласился на условия."

"Не знаю почему, но стоять и разговаривать с Рыжим один на один в предрассветном лесу мне показалось крайне опасным занятием. Поэтому чем быстрее мы с ним договоримся, тем быстрее я смогу отсюда свалить.

— Вот и хорошо, подкинь-ка мне эту лапу, и мы в расчёте, — продолжил он.

Подкинуть? Все инстинкты завопили о том, что это могла быть ловушка. Вполне возможно, что хитрая рыжая задница просто дурит мне голову, чтобы подгадать момент. Вот наклонюсь я за лапой и что дальше? Не уловлю момента атаки, и моя голова полетит с плеч.

Несмотря на то, что волшебные нити уже успели натянуться между мной и Рыжим в виде сетки, уверенности в том, что она поможет хотя бы сдержать «Великого Охотника» была нулевой. Нет, этого таким приёмом точно не взять, да и удрать я смогу исключительно в изнанку.

В итоге я решил поступить иначе. Что может заставить убийцу отступиться от своей жертвы? Страх? Так он, скорее всего, уже и забыл, когда последний раз его испытывал.