Сильнейший Столп Империи. Книга 4

— Ну, это ненадолго, — ответил я, глядя на то, как рана на плече графа начинает зарастать. Так он пронёс на дуэль ещё и артефакт регенерации. Это же замечательно, потому что он сам продлил свои муки.

Видимо Стрельский поверил в себя, раз злорадно улыбнулся и бросился в атаку. В этот раз он выкладывался на полную, выдавая одну серию ударов за другой, вот только для меня его движения были слишком медленные, поэтому я не просто с лёгкостью уворачивался, а ещё и контратаковал.

Похоже, что артефакт регенерации у него совсем непростой.

Граф перестал чувствовать боль, и все мои атаки не производили должного эффекта. По крайней мере, так могло показаться, но я действовал с учётом будущего.

Рано или поздно у артефакта закончится мана и в тот же самый момент он ощутит все прелести тех ран, которые не успели зажить.

В таком темпе и в таком ключе бой продлился минут двадцать, а потом граф выпустил оружие из руки и заорал. Он начал, вопя, кататься по площадке.

— Кто тебя нанял? — снова я задал свой вопрос, но Стрельский проигнорировал его.

Тогда я немного подождал и в очередной раз спросил:

— Кто тебя нанял?

— Убей меня.

— Обязательно, как только ты ответишь правду на мой вопрос. Ты не торопись, я подожду. Времени у меня много, — объяснил я своему противнику, и тот действительно не торопился.

— Так нельзя, убейте его! — закричал кто-то из толпы.

— Его наняли, чтобы убить меня, и он расскажет, кто именно это сделал. За покушение на меня или на моих друзей я буду жестоко наказывать.

И если я узнаю, что тот, кто сейчас это выкрикнул, причастен к попытке моего убийства, он уже не жилец. Дуэль до смерти. Мой противник ещё жив и пока не умрёт один из нас, эта дуэль будет продолжаться. Поэтому, если для чьего-то восприятия это слишком жестоко, прошу вас не наблюдать за дуэлью, — пояснил, я и больше заступников не обнаружилось.

Минут на десять его хватило, а потом он всё-таки сдался.

— Граф Златоустов! Это он меня нанял! Мне пообещали земли! Это наёмная дуэль должна была быть последней в моей жизни.

Я хотел получить свою землю и жить с привилегиями землевладельца, при этом завязав с наёмничеством.

— Ты лжёшь, падаль! Он врёт! — заорал какой-то мужик, стоявший неподалёку в первых рядах.

— Я не вру. Это он меня нанял. Убей меня, — прохрипел Стрельский, уставший орать, и я убил его мечом, который затем вложил в ножны.

— Он соврал! — продолжал настаивать на своём Златоустов.