Сильная женщина

Я не удержалась:

- Ваша честь, Вы приняли абсолютно незаконное решение. Я буду его обжаловать.

- Ваше право, Ольга Аркадьевна, - сухо ответил мне Тепляков.

В коридоре я оказалась одновременно с Филином и Зиминым. Внутри меня всю колотило от несправедливости произошедшего, но я старалась не выдать себя ничем.

Филин направился к выходу, Зимин немного отстал от него.

Когда он поравнялся со мной, то наклонился ко мне и шепнул:

- Привет от Власова."

"Я стиснула зубы еще сильнее, рискуя вывихнуть челюсти. Не надо поддаваться на провокации.

Звонить Самойлову из суда не стала, ехать к нему тоже смысла не было. Я добралась до офиса и заварила себе чай на травах. Нужно успокоиться и придумать, как быть дальше.

Допив чай, несколько раз глубоко вдохнула и резко выдохнула. Как не пытайся отсрочить неизбежное, неприятный разговор не избежать.

Самойлов ответил на звонок почти сразу:

- Слушаю.

- Илья Константинович, это Кондратьева. Суд принял решение не в Вашу пользу.

Голос собеседника посуровел:

- То есть как это?:

- Филин представил заключение, согласно которому Нырков был признан невменяемым. Договор купли-продажи объявлен недействительным.

- Вы понимаете, что Вы натворили? - градус нашего разговора стал стремительно повышаться, - Если Вы ни черта не смыслите, в том, чем занимаетесь, то нужно сидеть дома и борщ мужу варить. Мне Вас порекомендовали как высококлассного специалиста, а Вы - безмозглая кукла, ни на что не способная.

- Послушайте, кто дал Вам право меня оскорблять?

- Это не оскорбления, это констатация фактов. Вы просрали дело на несколько миллионов. Хотите знать чему будут равны мои убытки? И кто мне их будет возмещать? Может Вы?

- Вам бы успокоиться для начала. Да, я проиграла в суде первой инстанции, - выговорить мне это было тяжело, - Но это не значит, что решение суда нельзя отменить. Грамотно составленная апелляция.

Меня перебил издевательский смех Самойлова:

- Вы серьезно думаете, что я доверю Вам обжалование решения суда? Я похож на идиота? Таким, как Вы, надо в миниюбках щеголять, а не лезть туда, где делаются серьезные дела.

- Но... - договорить Самойлов мне не дал, бросив трубку.

Я положила телефон на край стола, подошла к столу и невидящим взглядом стала смотреть на улицу. От слов Самойлова, да и от всей ситуации, было до крайности обидно.