Сильная женщина

Но приходилось хвататься за спинку кровати, чтобы удержаться на ногах.

Когда схватки были несильные, я не стонала и не кричала, но постепенно боль усиливалась. И я перестала сдерживаться. Да и сдерживаться уже было невозможно.

Потом схватки стали затихать.  И мне сделали стимуляцию. Вот здесь стало уже не до того, как это выглядит со стороны. У меня было такое ощущение, что я расползаюсь изнутри кусками мяса.

А теперь мне было все равно, что ходить, что лежать. Сил не осталось. Я улеглась на бок на койку.

-Перевернитесь на спину, пожалуйста. Так вы сдавливаете ребенку голову.

Я с трудом, но выполнила то, что он сказал. А потом он присел на край кровати.

-Разведи ноги шире. Мне надо посмотреть.

И хотя это был огромный рыжий мужик, меня не волновал ни его пол, ни куда он собирается смотреть.

-Не могу, - простонала я.

-Надо смочь, - подбодрил он меня.

И проделал это сам.

-Я сейчас поправлю ребенка. И ты сможешь родить. Но ноги не вздумай сводить вместе.

Это что он делать собрался?

Я даже не успела сообразить, как он залез внутрь меня и что-то там стал делать. Я закричала.

-Да что же ты так кричишь! Оглохну ведь.

Затем вытащил свою лапищу, которая была по локоть в крови.

Всё! Пусть муж называет сына, как хочет. Хоть Мстиславом. Я больше на такое не пойду!

После того, как рыжий врач ушел, я почувствовала, что хочу в туалет по-большому.

Позвала акушерку и сказала ей, что мне надо в туалет.

Вместо этого ко мне подошла женщина-врач, что там опять посмотрела, буркнула про раскрытие.

И тут я почувствовала, что мне очень надо в туалет. Снова сказала об этом врачу.

Но вместо разрешения пойти туда, куда мне срочно надо, я услышала:

-На стол её.

И меня отвели на стол. Велели тужиться. На пятой потуге я родила ребенка и услышала, как он заплакал.

А мне велели снова тужиться, чтобы вытолкнуть околоплодный мешок. Но тут у меня ничего не получилось. И врач достала его вручную. Мне кажется, что все время на родильном столе, я только и делала, что кричала.

Наконец меня оставили в покое, положив на живот грелку со льдом. Накрыв меня одеялом. И выплеснув куда-то из металлического тазика мою кровь.

Ужас! Сексом тоже больше не буду заниматься. Никогда.