Сияние

Он был подобен сонному жужжанию летних ос в земляном гнезде, смертоносных и уже начинавших просыпаться. Они могли взлетать на десять тысяч футов вверх.

(Что общего у ворона и письменного стола? Чем выше, тем их меньше, само собой! Выпейте еще чашечку чая!)

Это был звук чего-то живого, но не голос и не дыхание. Человек философского склада, вероятно, предположил бы, что такие звуки издают наши души. Бабушка Дика Холлорана, выросшая в южных краях на рубеже столетий, назвала бы это загробными звуками. А исследователь сверхъестественных явлений придумал бы более сложное название – экстрасенсорное эхо или психокинез.

Но для Дэнни так звучал сам отель, старый монстр, чьи скрипы становились все ближе, чьи коридоры протянулись не только в пространстве, но и во времени, уводя в далекое прошлое, где теснились голодные тени, неприкаянные призраки гостей, которых нелегко было заставить утихомириться.

В темном бальном зале часы пробили половину восьмого одним мелодичным ударом.

Тут послышался хриплый пьяный голос:

– Маски долой, и давайте трахаться!

Уэнди замерла в середине вестибюля.

Она посмотрела на Дэнни, который сидел на лестнице, перебрасывая мячик из руки в руку, и спросила:

– Ты ничего сейчас не слышал?

Но Дэнни лишь посмотрел на нее и продолжил кидать мячик.

Этой ночью они почти не спали, хотя улеглись вместе и надежно заперли дверь.

Лежа в темноте с открытыми глазами, Дэнни думал:

(Он хочет стать одним из них и жить вечно. Вот чего он хочет.)

Уэнди размышляла:

(Если потребуется, уведу его выше в горы.

Лучше уж погибнуть там.)

Завернутый в полотенце мясницкий нож она положила под кровать, чтобы он все время был у нее под рукой. Они то забывались неглубоким сном, то вновь просыпались. Стены отеля поскрипывали. Снаружи с небес вновь обрушился на землю тяжелый снегопад.

Глава 40

В подвале

(!!!Бойлер чертов бойлер!!!)

Мысль внезапно высветилась в сознании Джека Торранса ослепительно красным предупреждением. А вслед за ней вновь зазвучал голос Уотсона:"

"(Если забудешь, оно начнет ползти и ползти вверх, и как-нибудь ты вместе со всей семейкой проснешься на треклятой луне… По документам котел должен выдерживать все двести пятьдесят.

Но теперь он точно взорвется гораздо раньше. Ты меня силком не заставишь спуститься сюда и встать рядом с этой бочкой, если стрелка встанет даже на ста восьмидесяти.)

Он провел внизу всю ночь, роясь в коробках со старыми записями, охваченный лихорадочным чувством, что время уходит и ему нужно торопиться.