Сияние

Ей не хотелось волновать его перед сном или давать понять, что они обсуждают тему, о которой он никак не мог быть осведомлен. А в том, что он знал, о чем говорил, она не сомневалась. Все слова доктора Эдмондса об индуктивных догадках и подсознательном логическом мышлении ничего не значили. Ее сестра… Как мог Дэнни узнать, что она думала об Эйлин, сидя в тот день в приемной? И…

(Мне приснилось, что папа попал в аварию.)

Она резко тряхнула головой, словно стараясь прояснить мысли.

– Отправляйся умываться, док.

– Хорошо.

 – И он взбежал вверх по лестнице. Нахмурившись, Уэнди отправилась в кухню, чтобы разогреть для Джека молоко."

"И вот теперь, лежа без сна, вслушиваясь в дыхание мужа и в завывание ветра за окном (чудесным образом дело сегодня опять ограничилось лишь легким снежком), она позволила себе всерьез задуматься о своем милом, но внушавшем опасения сыне. О ребенке, родившемся в рубашке – то есть покрытом обыкновенным последом, как и, вероятно, каждый семисотый младенец на планете. Но если верить древним приметам, эта оболочка была предвестницей развития у новорожденного «второго зрения».

Она решила, что настало время поговорить с Дэнни об «Оверлуке»… И вообще попытаться вызвать на откровенность. Непременно. Утром им обоим предстояло поехать в Сайдуайндер, чтобы в библиотеке попытаться получить учебники для второго класса на более долгий, чем обычно, срок, то есть на всю зиму. И у нее будет возможность побеседовать с ним. По душам. При этой мысли она почувствовала некоторое облегчение и начала постепенно проваливаться в сон.

* * *Дэнни тоже бодрствовал в своей спальне и лежал с открытыми глазами, левой рукой обнимая старенького Винни-Пуха (бедный медвежонок потерял один глаз-пуговку, а из расползавшихся швов местами вылезала вата) и вслушиваясь, как в другой комнате спят родители. Он чувствовал себя так, словно его против воли приставили к ним часовым. По ночам было хуже всего. Он ненавидел ночи с постоянным завыванием ветра у западного крыла отеля.

Подвешенный на нитке планер покачивался у Дэнни над головой.

На тумбочке чуть заметно флюоресцировала пурпурным боком принесенная снизу модель «фольксвагена». Учебники стояли на полке, книжки-раскраски лежали на столе. Всему свое место, и все на своих местах, говорила мама. Тогда ты легко найдешь любую вещь, когда она тебе понадобится. Но сейчас вещи находились в беспорядке. Чего-то не хватало. И хуже всего было то, что их прибавилось, причем так, что сразу и не догадаешься.