Штурмовик-3. На абордаж!

Его расфокусированный взгляд то и дело пытался сосредоточиться на одной из кружек, и в конце концов, расплескав часть, налил себе и Призраку. Причем, заметил бывший каторжник, плеснул в свою кружку так, чтобы часть пойла оказалась на столе. — Красавчик здесь вроде начальника королевской охраны. Всех новичков проверяет. С вами, значит, уже встречался?

— Встречался. Крепкий мужик.

— Так, говоришь, вы с Инсильвады?

— Я этого тебе не говорил, — улыбнулся Призрак, внутренне настораживаясь. Даже хмель мгновенно испарился, оставив только ощущение тяжести в животе и чертову изжогу.

— Неужели? — удивился пират. — Надо же, мне казалось, ты определенно сказал, что с Инсильвады, не захотел пойти в абордажную команду…

— Наверное, Красавчик обмолвился, а ты вспомнил.

— Ну и ладно, с кем не бывает, — хмыкнул Афир и попойка продолжилась.

Только теперь Призрак был настороже и на разнообразные вопросы отвечал неохотно и скупо, больше волнуясь за Мудреца. Того совсем развезло. Глупо было сейчас расспрашивать вольных братьев о складах с гравитонами.

Расстались довольные друг другом и пьяные вусмерть. Как только Афир с друзьями покинули таверну на негнущихся ногах, Призрак мгновенно опьянел. Настолько было мощным напряжение от ожидания провала. Подхватив под руку Мудреца, орущего какую-то похабную песенку про служанку и ее госпожу, он дотащил товарища до комнаты и бросил на постель.

…Застонав от очередной барабанной дроби, Призрак обхватил голову.

— Надеюсь, я ничего лишнего не сболтнул. Боже, как моя башка болит!

— Пить меньше надо, — послышался голос приятеля. Тот сидел на кровати совершенно здоровый и без следов похмелья на лице.

— Кто бы говорил! Сам без сознания был от этого дьявольского пойла!"

"— У меня амулет, матушка подарила, — Мудрец потянул за бечевку и показал темно-зеленый продолговатый камешек, похожий на витую длинную раковину.

— Повезло! — с завистью сказал Призрак. — Выходит, ты не был пьян?

— Нет, конечно, только притворялся. Я сразу почувствовал, что парни непростые. Говорят одно, а потом резко спрашивают совершенно иное. Причем, вопросы только об Инсильваде.