Шпилькой по хамству

Лёня залпом опрокинул виски и хохотнул:

— Я тебе давно говорю, вон, последнее время и сотрудники по углам об этом шушукаются, — он разлил по еще одной порции горячительного и протянул другу. — Ну, долго молчать будешь? Кто тебе глаза открыл?

— Макс, Машин брат. Налей еще, — Леня наполнил бокал. — Мы завтра едем в командировку. Ты сильно- то не нализывайся, на твоей машине, кстати.

— С чего бы? — возмутился Лёня.

— Боюсь, что при виде моей на стоянке, Нимфа проникнется страстным желанием нарисовать мужской орган на капоте, и уже не корректором, а гвоздем.

Лёня радостно хлопнул в ладоши:

— Наконец-то! Готов прямо сейчас выезжать, а то, даже я начинаю тебя побаиваться. Вон, Верочка уже заикаться начала от твоих появлений в их отделе.

— А, что я сделал- то?

— Да ты ее отчество, как проклятие произносишь- ВИКТОРОВНА.

— Показалось.

— Угу…Елена, вздрагивает каждое: ""Елена, кофе!"", — рявкнул Лёня, изображая манеру Смирнова.

— Все, понял я, понял. Был не прав.

— Может позвонишь ей? — откинувшись на спинку поинтересовался, осушая очередную порцию виски.

— Дааа, она ж сидит и ждет, не выпуская телефон из рук. Особенно после того, как я игнорил все ее вызовы.

Друг громко присвистнул:

— Тут в ювелирный надо. Сережки, или кулон, а лучше комплект. И чтоб камни были по арбузу.

— Нет, тут только колечко по типу обручального подойдет.

— Думаешь, без этого никак?

— Думаю, что гладкий круглый предмет менее болезненно извлекать из того места, куда Маша мне его затолкает, — потянувшись за бутылкой, добавил.

Глава 16

Все ненавидят понедельники- это давно известный факт, но не я, теперь была им рада, как любой другой человек летнему отпуску. Встав раньше обычного и уложив волосы крупными волнами, которые начали завиваться после того как срезала длину, разглядывая себя в зеркало, была довольна результатом. Кстати о волосах, о них я вспоминала, но без сожаления, давно надо было избавиться от лишней длины!

Пока Лера лениво ковырялась в омлете, успела подкрасить глазки и аккуратно выводила губы помадой сочного ягодного цвета:

— Лера, не хочешь, не мучай еду.

Пробегая через стоянку отметила на ней ""монстра"", точно такого же, как был у Смирнова, но только белого цвета.

— Еще один… — недовольно пробормотала себе под нос.

Утро задалось, я была на месте уже 40 минут, а обо мне никто не вспоминал.