Шпилькой по хамству

Смирнов замолчал, но по глазам было видно, что созрела шутка и она срочно просила выхода, аккуратно положив вилку на стол, покосился на вазочку с зефиром и выпалил, как на духу:

— Твое пение можно приравнять к самым бесчеловечным пыткам!!! — сорвался с места и попытался скрыться на балконе.

Зефирный снаряд догнал обидчика, когда тот пытался проскочить в полуоткрытую дверь. Смирнов изображая смертельное ранение, подволакивая ногу, шел с повинной обратно к столу:

— Прости…я не смог сдержаться, — с невинным взглядом и видавшем виды зефиром в руках, плюхнулся на свой стул.

— Фууу, он же валялся на полу…

— И не только, еще ты им попала мне прямо в… — указывал пальцем на свою пятую точку.

— А раньше я тебя считала серьезным человеком… — приложив ладонь ко лбу, театрально сокрушалась.

— Добрый день, Ярослав Витальевич и Мария Викторовна, — эта простая фраза удивила и застала нас врасплох. В дверном проеме с пакетами в руках стояла улыбающаяся Елена.

— Добрый день, Елена, — словно ученики на уроке, одновременно произнесли приветствие.

Оказавшись вне поля зрения Елены, которая раскладывала продукты по полкам, издевательски передразнивала Яра, изображая, как он отклячивает попу, демонстрируя куда ему попал зефир, давилась от смеха и старалась допить чай не поперхнувшись. Он же включил режим ""господин Смирнов"" и сигнализировал мне глазами, чтобы я прекратила, отчего мне становилось еще веселее.

***— Ну что, готова к экскурсии по главным достопримечательностям столицы? Много не успеем, но Кремль точно посмотрим, Воробьевы горы, храмы там всякие… — пристегивая меня ремнем безопасности, тараторил Яр, — погодка сегодня, конечно, так себе…

— Я и сама могу, — попыталась возмутиться.

— Можешь, но мне не трудно, — справившись с ремнем, захлопнул дверь машины перед моим носом.

С недовольным видом провожала его взглядом до водительского сиденья:

— Что за пунктик насчет ремня? — не выдержав спросила, пока Яр заводил автомобиль.

— Это не пунктик, это безопасность. Вылетел, как-то один орел на встречку и хорошенько впечатался нам в лоб, я пристегнут был и отделался синяками, а вот Лёню знатно помотало по салону. Две недели ему апельсины в больницу носил.

— Ооо, и что с орлом?

— Да ничего, орел был высокого полета…

— Выше тебя?! — с удивлением подняла брови.

— Угу, — усмехнулся Смирнов- но в больничке вместе с Леней повалялся.