Шкура

На свет появилась хорошенькая девочка. Узнав о внучке, Панкрат чуть не расплакался.

– Вот и дождался я Настеньку, – вытирал мужик проступающие слезы.

– Было бы чему радоваться, – Марфа поняла, теперь Панкрат будет носиться с девчонкой, как с писаной торбой. – Девка и девка. Велика радость.

Через положенный срок Галю выписали. Она вошла в дом с ребенком на руках и сразу почувствовала себя в качестве полноправной хозяйки.

– Ну здравствуй, дом, – шепнула она, вдохнув еле уловимый печной запах. – Вот и моя очередь пришла показать, кто в доме хозяйка.

Глава 35

– Наконец-то! – дед, как только в окно увидел Галю, поспешил встретить ее.

Передав дочку Панкрату, с нетерпением ожидающего ее приезда, Галина заглянула в спальню, проверила все ли указания выполнил Степан, а потом села на лавку и сладко потянулась.

– Кормишь? – с недовольством в голосе спросила Марфа.

– Молока – хоть залейся, – с гордостью ответила молодая мать. – Даже пришлось одного мальчонку покормить, потому что у Нины пусто.

– У какой еще Нины?

– У соседки по палате.

Марфа стояла у плиты и косилась на мужа, сидевшего на стуле. Он с таким умилением смотрел на внучку, что Марфа заревновала.

– Нечего на нее дышать, положи в кроватку.

– Дай наглядеться, – Панкрат прослезился. – Такое счастье… у нас девочка.

– Не у нас, а у… – Марфа глубоко вздохнула и продолжила помешивать кисель, который вот-вот загустеет.

С улицы пришел Степан, мать тут же отчитала его.

– И где ты ходишь? Дрова закончились, принести надо. Сена коровам положить…

– Сейчас все сделаю, – Степан уставился на отца.

– Не то слово. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить. Мать! – Панкрат позвал Глафиру. – Где ты есть? Иди, глянь, какая у нас Настенька появилась.

– Делать мне больше нечего, – старушка лежала на кровати и морщила нос. – Сами с ней возитесь. Я свое уже отработала."

"– Ну, как хочешь. – передав спящую внучку Галине, Панкрат попросил чаю и удалился отдыхать.

Марфа засуетилась. Достала кружку, выставила на стол кулек с пряниками.

– Дунька пропала, – нахмурившись, ответил муж. – Уже три дня не появляется.

– Как пропала? – глаза Гали медленно округлились.

– А вот так.