Щит рода

Какое-то время мы смотрели друг на друга, а потом ворон вдруг расправил крылья, на миг закрывая единственный источник света. Показалось, будто живая тьма сгустилась в каюте и опутала липкими щупальцами. Но нет, ворон вспорхнул и улетел, и все успокоилось, вернулось на места. Кроме бешено бьющегося сердца.

«Что это было? – прислонившись к стене, я тихонько сползла на пол. Ни разу еще не сталкивалась с этими птицами ни в этой, ни в прошлой жизни. Оттого чувствовала себя не в своей тарелке. В некоторые приметы, вроде черных кошек или пустых ведер, я верила.

А ворон, если не ошибаюсь, – вестник. – Вестник чего? Зачем прилетал? Что хотел?»

Еле высидела эти два часа, пока не настала пора будить Игната. Он всполошился спросонок, резко засобирался и убежал, так что я не успела ничего рассказать. Беспомощно всплеснув руками, тоскливо проводила взглядом брата, который бросил на прощание: «позже поговорим».

– Позже, – пробурчала я ворчливо, – позже, может, и не понадобится.

Растолкала Егорку, чтобы перебирался на кровать, и сама устроилась там же, нагло оттяпав себе подушку.

Малец только укрылся краем одеяла и тут же засопел, а я еще долго ворочалась, прежде чем сморило.

День пролетел в учебе и попытках освоить простейшие заклинания вроде светляка, нагрева или охлаждения воды. Это родовое умение заложено в крови, как простейшие рефлексы у младенца, а другие магические действия требовали усилий. Вот я и тренировалась, осваивая новые грани дара.

Игнат приходил дважды, приносил завтрак и обед, а к вечеру наказал не ложиться спать, а быть готовыми покинуть дирижабль в любой момент.

Готовиться особенно и не требовалось, ценное имущество находилось при себе. Обновки, прикупленные еще в Суздале, дожидались своего часа в сундуке в багажном отделении.

Уже за полночь я услышала, как зарокотали двигатели и плавный ход летательного аппарата сменился на рваные движения. Дирижабль стыковался с пассажирской платформой, и команда провела маневры с ювелирной точностью, не оставив зазоров между трапом и напольным покрытием бокового выхода.

Профессионалы, что тут скажешь!

Галич – промежуточный город на маршруте, так что большая часть пассажиров отдыхала, тогда как в трюмах и на нижней палубе вовсю кипела работа.

Брат вывел нас по грузовому трапу. Дальше полутемными проулками проводил к вокзалу в зал ожидания, где на жесткой лавке мы кемарили до рассвета. Уже утром навели лоск, умылись в туалетных комнатах для господ и проследовали на рейс до Белозерска.