Щит рода

Содержание он ему выписал, как и было оговорено вначале, а кормить-поить-одевать за свой счет более не собирался. Снял квартиру в гостевом доме и выселил туда старика. Не без присмотра, конечно. Пара бойцов из охраны издалека приглядывала за Толпеевым. Тот по первой обрадовался, что избавился от надзора, помчался в игорный дом. Однако же с его хозяином уже побеседовал Игнат, так что старого графа даже на порог не пустили. Тогда Владислав Андреевич по старой памяти завалился в кабак, сначала приличный, а когда деньги кончились, то в самый дешевый.

Охрана, после того, как он напился до беспамятства, тихонько вынесла бесчувственное тело и доставила на квартиру. Вот на следующий день после застолья и наступил час расплаты и раскаяния в грехах. Брат не поленился лично посетить хозяев забегаловок и прочих заведений, где его сиятельство обслуживался в долг. Так что бедного графа, мучающегося похмельем, никто не облагодетельствовал бесплатным угощением. Потом, как мозги прочистились, старик осознал, что кушать ему нечего, а деньги, выданные на месяц, пропил до копеечки. Знакомые знать его не желали, да и никому он стал не нужен. Добротную одежду выменял на пойло, а в дешевых обносках в нем не признавали прежнего графа, еще и бока намяли за хамство и непотребное поведение. Вернулся блудный старикашка обратно, в теплый флигелек, где и еда вкусная найдется, и относиться будут с почтением.

Елизавета наша тоже постепенно преобразилась, должность главной экономки обязывала.

Мы не скрывали особенного отношения к ее отцу и приемному брату. Все трое обедали с нами за одним столом и участвовали в обсуждении хозяйственных дел. А еще, помимо управления домом, на Лизу легла забота о Юленьке. Малышка крепко привязалась к Игнату и называла его папой. Девчушка вообще стала всеобщей любимицей. Старик Толпеев и тот млел, когда мелкая забиралась к нему на коленки и что-то лепетала на своем языке. Быть может, она бередила отцовские чувства, ведь родных внуков граф так и не понянчил? Но кто виноват, если родная дочь знать его не желала и отказывала в общении с детьми? Плохим примером Толпеев оказался и для собственных сыновей, которых свели в могилу пагубные пристрастия. Так что с Юленькой Владислав Андреевич общался только в нашем присутствии, большей частью по выходным или праздникам, когда его приглашали отобедать. В такие минуты Лиза коршуном вилась неподалеку, переживая за малышку.