Щит рода

 – Неждана, слышишь? Если не можешь сказать, моргни или пожми мою ладонь.

Насколько я знала, прислуга вставала раньше хозяев и завтракала отдельно. Печенья и конфеты лежали в буфете в изобилии, но мы предпочитали заказывать свежую выпечку, да и все остальное из вагона-ресторана. Служанка вряд ли взяла что-либо без разрешения, не тот склад характера. Однако упавшее пирожное не так, чтобы сильно пострадало. Могла ведь и соблазниться дорогим лакомством, жалко выкидывать.

– Ты пробовала пирожное? Никто не будет за это ругать, тут важно другое.

Да или нет?

По синюшно-бледным щекам девушки потекли влажные дорожки слез. Неждана моргнула и крепко стиснула мою руку, а потом ее тело забилось в конвульсии, неестественно выгнулось и обмякло.

На зов первыми прибежали Лиза с Евдокией, затем Гаврила с Егором и Иван, у которого при себе был целительный амулет. Парень активировал его над девушкой, но тот осыпался, не в силах справиться с непоправимой бедой. Нас всех охватило оцепенение. Сознание отказывалось понимать, как такое произошло? Здоровая молодая женщина, которой еще жить и жить.

Мы даже предпринять ничего не успели, а ее больше нет. Ужас! Если Неждана отравилась пирожным, выходит, устранить собирались Алима? А если бы Юленька не уронила злосчастный бисквит? Вместо одного трупа тут лежало бы два?

– Юленька?! – дошло вдруг, что малышка первой попробовала лакомство.

От вскрика присутствующие вздрогнули и обратили внимание на девочку. А эта проказница под шумок добралась до злосчастной тарелки и методично поедала вкусняшки.

Всего-то пара штук осталась, и те уже надкусанные, чтобы никому не достались. У меня сердце пропустило удар от одной мысли, что она наелась отравы.

Глава 23

Трагическая гибель Нежданы потрясла всех. Девушка только начала приходить в себя после того ада, что пережила в плену у разбойников, и тут такое. В комнате Алима стало шумно, когда разом вдруг спало оцепенение и люди заговорили. Лиза бросилась к малышке, принялась спешно оттирать ее пальчики от крема и вычитывать, что нельзя так себя вести.

Евдокия сползла по стеночке и, уткнувшись лицом в ладони, заплакала. Иван оставил Гаврилу за нами присматривать, а сам отправился к баронам. Уже через минуту в купе ворвался перепуганный Осип Ааронович, а следом бледная и взволнованная Мусечка.

– Что тут произошло? – Зельман гулко сглотнул, увидев распростертое на полу тело."

"– Меня пытались отравить, – процедил Алим.