Щит рода

Подполз к Игнату и тщетно пытался привести его в чувство. Завидев меня, просиял щербатой улыбкой.

– Боярышня! Я уж спугался, шо энти супостаты победили. А энто вы змеюку порешили? У, тварь подлючая! Думал, убила насовсем. Я вот ни на минуточку не сумлевался, что вы с гангреной понколодной управитесь. Барин наш только плох, не отзывается совсем.

– Ничего, Игнат скоро поправится, – заверила я мальчонку. – Ты пока пройдись, собери съестного в дорогу. Хозяева разбежались, никого в доме нет. А мы с… – обернулась на мужичка, который смотрел на меня огромными как блюдца глазами.

Неужели решил, что трупы моих рук дело? – как вас зовут, уважаемый?

– Гаврила Силантьевич я, – промямлил тот, гулко сглотнув, – а что тут случилось-то?

– Да вот, остановились на постой. А ночью тати лихие явились, пришлось защищаться. Нам лучше убраться отсюда побыстрее, пока их дружки не спохватились, – поторопила я возницу.

Тот закивал яростно и, сторонясь мертвых, подошел к Игнату. Взгромоздил его на плечо, крякнул, согнувшись чуть не вдвое, однако же потащил брата к выходу.

В дорогу я прихватила парочку одеял, матрас, который расстелила на широкой скамье экипажа. Сложно было втащить Игната внутрь, а дальше я уже занялась тем, чтобы расположить его поудобнее. Возница спешно перепрягал лошадей. Убедившись, что у них теперь нет хозяев, он испросил разрешения забрать животных с собой на подмену."

"Егорка, как настоящий хомяк, собрал полный дорожный короб припасов. Насыпал пару мешков овса для прокорма лошадок, еще десяток набил свежим сеном.

Благо было куда это добро впихнуть, багажное отделение пустовало.

Небо едва порозовело рассветом, в соседних домах постепенно просыпались люди, кричали первые петухи. За багажом решила не возвращаться, чтобы не терять времени и исчезнуть, пока никто не спохватился. Самое ценное при себе, едой обеспечены, необходимое купим при случае. Промчавшись кавалькадой по пустынным улочкам, мы покинули поселение и свернули на Белозерский тракт.

Целый день пути вымотал неимоверно.

Раз пять или шесть мы сворачивали с дороги и пережидали в лесочке, пропуская встречные караваны и одиноких всадников. О них заранее предупреждал Гектор, давая время укрыться от посторонних глаз. Пусть в большинстве это мирные граждане, но они непременно расскажут, кого встретили по дороге, чего нам категорически не нужно.

На ночевку расположились на живописной полянке, укрытой поросшими лесом холмами. Для этого сделали приличный крюк в сторону.