Шаманка. Место рядом со мной

И мне кажется, что в одном из окон дальнего домика вижу слабый свет.

Свистнув погромче, кричу:

– Эй, хозяева!! Есть кто живой?

Вижу в сумерках силуэт. Прихрамывая, к нам идёт невысокий мужчина. Подходит ближе – и меня передёргивает от его вида. Весь в шрамах и перекошен, словно его пожевал и выплюнул какой-то огромный зверь.

– Добрый вечер!

Кивает и смотрит на меня как-то по-особенному, слишком внимательно, что ли. На мой рот.

– А мы Марену Богдановну ищем.

Отрицательно качает головой.

– Глухонемой, что ли? – шепчет мне Вадик.

– Ты слышишь меня? – вглядываюсь я в глаза мужичка.

Неуверенно кивает.

– Говорить можешь? – увеличиваю громкость.

Показывает на распоротое и криво сросшееся горло, отрицательно качая головой.

– Нам нужна Мара, – медленно выговариваю я. – Она здесь?

Отрицательно качает головой.

– А где?

Машет рукой наискосок на другой берег озера.

– А телефон есть у неё какой-то? Позвонить можно? Как ты с ней связываешься?

Разводит руками.

– Отлично! – падает с моего плеча сумка. – А лодка есть? Моторка? Я тебе заплачу.

Достаю пару купюр.

– Завтра верну обратно.

– Серый, может, завтра? Когда светло будет? – шепчет мне Вадик.

– У нас уже куплены обратные билеты – это раз. Два – в городе, в больнице, осталась Илга. Её, конечно, охраняют. Но хрен его знает, Вадик. Надо торопиться.

Моя молодая мачеха беременна. И тяжело пережила смерть мужа. Слегла. И даже не смогла присутствовать на похоронах.

Пожёванный идёт по вытоптанной тропинке к берегу. Мы идём за ним. Показывает.

Это не лодка! Это современная пластиковая ванночка на одного очень небольшого человека.

– Вообще супер! Там бензин-то хоть есть? – стучу я по движку.

Положительно кивает.

– Меня выдержит?

Разница у нас с ним килограммов в тридцать. И что-то прикинув, он снова кивает.

Добавляю ещё одну купюру.

– Человека моего приюти, пока я не вернусь. И ещё…

Загружаю карту Телецкого на планшете. Грузится долго. Связи практически нет. Увеличиваю, показываю ему.

– Покажи, где Мара?

Тыкает пальцем на экран у берега напротив, немного вглубь.

Перекидываю по карманам кое-какие нужные вещи из сумки и отдаю её.

– Ладно, Вадик, до завтра. Не вернусь – значит, съела.

* * *Причаливаю, когда луна уже полноценно взошла и высветила на поверхности воды лунную дорожку. Ну, да… Красиво в этом лоне!

Кроссовки приходится замочить. Ну и пусть, зато отмою от комков налипшей грязи.

На берегу никаких признаков жизни. И я в недоумении осматриваюсь.