Сгорая дотла

– У тебя есть сестры или братья?

– У меня много родственников, – ответила, всматриваясь в маячащее впереди здание частной клиники. – Мы почти на месте.

Казалось, Кирилл хотел сказать что-то еще, но, увидев, что мы практически подъехали к зданию, вновь погрузился в жуткий транс. И вышел из него лишь тогда, когда мы оказались на парковке. Я стала ждать, что он пойдет навстречу к сестре, а я останусь караулить его здесь, но Кирилл обернулся и взглянул на меня.

– Пойдем?

– Что?

– Сонь, мне нужна твоя помощь.

Как-то неприятно засосало под ложечкой.

– Ты вроде бы с тростью неплохо управляешься.

Губы босса дрогнули в полуулыбке.

– Боюсь, один я не отобьюсь. Да и кто-то же должен выносить раненого бойца с поля боя.

Теперь настала моя очередь улыбаться.

– Да брось. Никто тебя там не съест.

– Ты просто не знаешь Нику. Она дракон в юбке!

– Она рожает, судя по всему. – Пожала плечами, догадываясь, что его сестра делала здесь.

Кирилл нахмурился, но согласно кивнул.

– И тебе лучше поторопиться, пока она не родила.

– Правда, – выдохнул он, насупившись. Весь будто сгорбился, но из машины все-таки вышел. Тяжело опираясь на трость, начал ковылять к главному входу, и тут-то мое сердце не выдержало. Как побитый щенок, ей-богу!

– Подожди! – Я выхватила ключи и выскочила из машины. – Так уж и быть, пошли. Но я буду ждать на входе. Дальше регистратуры не пойду. И если уж тебя там будут бить, просто громко кричи.

Я старалась все свести в шутку, но Кирилл, на миг замерев, когда я поравнялась с ним, вдруг засиял, как новогодняя елка. Шагнул ко мне, обнял за плечи. На секунду, не более, я даже возмутиться не успела и, напевая себе под нос дурацкий мотивчик супер популярной этим летом песенки, направился в клинику.

Мы вошли в здание, и Кирилл почти сразу же отправился к Нике, куда его повела симпатичная медсестра. Я осталась ожидать босса у регистратуры, поглядывая на светлый проем коридора, в котором скрылся босс.

Он казался таким счастливым, вот только обмануть меня ему не удалось.

От Кирилла словно за версту несло болью. Такой настоящей. Физической. И еще душевной. Гарью пахло.