Сгорая дотла

Дерзкими, искрящимися, словно Кирилла забавляла ситуация, но он старался не показывать истинных чувств, продолжая напирать. Да и я не из робкого десятка, могу дать отпор. Так и глядели друг на друга, пока он не заговорил:

– Давай начистоту, я предлагаю не просто работу, а возможность хорошо заработать. При этом бросить это кафе, где тебе не нравится работать, не мотаться по городу по ночам, развозя пьяных и, возможно, порой слишком наглых клиентов. Ведь и такое бывает, Со-ня?"

"Я сглотнула комок, теряя возможность надменно улыбаться.

Кирилл уловил изменение моего настроения, и на его губах заиграла иная улыбка. Победитель! Он уже решил, что выиграл этот бой. Нет уж! Не ему решать, где и как мне зарабатывать.

– Это не аргументы, – протянула я, натягивая улыбку.

Он изогнул бровь, я повторила. Так и глядели, пока Кирилл не произнес то, что меня обескуражило и заставило задуматься, ощутив себя проигравшей стороной.

– У меня три машины. Очень дорогие машины. А вот такая сумма будет поступать тебе на счет каждую неделю, – и, достав из кармана телефон, показал цифры. Видимо, чтобы я поверила глазам, а не ушам, которые могли подвести.

Что же, глазам я верила. И верила фотографиям, которые показывал Кирилл, рассказывая про каждую машину. Кажется, у меня собралась слюна во рту, которая чуть не капнула на блузку, пока я рассматривала настоящие произведения искусства.

– Так что, Со-ня, готова принять мое предложение?

Я моргнула, прогоняя наваждение.

– Предложение?

Кирилл кивнул.

– Быть водителем?

Он вновь кивнул.

– За ту сумму?

За деньги, которых мне хватит с головой, чтобы жить припеваючи и накопить на мечту!

– Да, я свое слово держу, Рыжая Соня.

– Есть условие.

Кирилл напряженно уставился на меня.

– Никаких «Рыжих Сонь».

Глава 5

– Ой, ты уже дома, – послышался голос Лиды, когда она, кряхтя и шурша пакетами, вломилась на кухню. Я даже не обернулась, продолжая глядеть в окно. – Я еще ужин не приготовила. Представляешь, оказывается, мы съели практически всё! Ни масла, ни молока, ни лука. Вообще ничего не осталось, кроме морковки. Но и она сдохла! Скукожилась от одинокой жизни на полке.

Мои губы едва тронула улыбка.

– Впрочем, ты, Сонь, тоже скукожишься, если будешь только работать.