Сестрички не промах

Он шарил лучом света по земле в радиусе двух метров от моих ног, что дало мне возможность спокойно одеться. Шарил, шарил и ничего не нашарил. Потому и спросил зло:

— Где деньги?

— Какие? — удивилась я.

— Ладно, кончай. Ты ведь за деньгами возвращалась. Где они?

— Если ты о Сашкиных деньгах спрашиваешь, то они сгорели.

— Только придурок вроде него мог поверить в такую чепуху.

— Не говори гадости о моем парне.

— О твоем парне? — передразнил Максим. — Кому ты вкручиваешь? Да он просто идиот.

— Ну, если только самую малость, — задумалась я.

— В какие? — Он отчетливо икнул. Макс, по моим понятиям, не был джентльменом.

— Семейные, — пришлось повторить мне. — Я выйду за него замуж.

— А он об этом знает?

— Нет еще.

— Не спеши говорить, как бы парень не умер от счастья.

Макс все еще светил фонарем, а я охотно позировала. В конце концов он вздохнул и ядовито напомнил:

— Сашка тебе до плеча не достает.

— Не правда, достает. К тому же во мне сильно развит материнский инстинкт, мне нравятся маленькие мужчины.

— Тогда заведи карлика.

— Только после тебя."

"Мы уже поднимались к пустырю, и я очень радовалась, что Макс предлагает мне карликов, а не болтает о деньгах. Тут он опять про них вспомнил:

— Где деньги?

— Чего ты прицепился, они же не твои.

— Просто интересно. Не могла же ты их в самом деле сжечь.

— Еще как могла.

— Нормальный человек баксы не сожжет.

— А вот Николай Васильевич говорит, что это прямо по-королевски.

— Николай Васильевич хоть и кретин, но не настолько, чтобы деньги спалить.

— Так ведь он и не король, — пленительно улыбнулась я, жаль, что в темноте Макс мою улыбку не увидел. Мы уже подошли к фундаменту, и я сказала:

— Проваливай и больше не смей за мной ходить. Особенно по ночам, да еще когда я купаюсь. Я честная девушка и не морочу парням головы, а Сашке может не понравиться, что я с тобой прогуливаюсь.

— А ты прогуливаешься?

— А что я, по-твоему, сейчас делаю?

— Ты их сожгла, — кивнул он.

— Но тебе-то он не помог?

Максим чертыхнулся и полез в дыру в заборе, а я устроилась на фундаменте и стала смотреть на звезды. Постояв некоторое время в дыре, так что половина его туловища была в нашем саду, а другая на пустыре, Макс чертыхнулся еще раз и пошел ко мне.

— Чего это ты вернулся? — съязвила я.

— Хочу на звезды посмотреть.

— Смотри со своего крыльца.