Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

– Шил-шил-шила, киска крыску задушила…

– Монсеньор, что вы ска…

– Ничего!

То, что затишью конец, Робер почуял за мгновенье до того, как открылась первая слюнявая пасть. Заводя себя, мародеры орали громко и грязно. Про то, что увозят награбленное, их кровное добро, про убийц, про насильников и чужаков, с которыми давно пора сквитаться. Размахивали факелами, потрясали кто пикой, кто дубиной, а потом сбоку и сзади – на Колодезной – загремели выстрелы, и это словно спустило курок. Бесноватые, очертя голову, ринулись вперед, на завал, и были встречены не собиравшимися никого щадить солдатами.

3

В первые минуты удавалось сбрасывать атакующих быстрей, чем взбирались новые. Трещали выстрелы, в прыгающем факельном свете мелькали клинки, тела скатывались вниз, но по ним лезли и лезли ополоумевшие самоубийцы. По стенам метались чудовищные тени, словно там шла своя драка, столь же неистовая. Робер пытался командовать, то есть торчать за чужими спинами и смотреть, как его ребята лупят прущую на баррикаду нелюдь, но выдержки хватило ненадолго.

Особо ретивые бандиты надавили слева, один из солдат отшатнулся и, схватившись за лицо, начал заваливаться назад, его подхватили, в защите образовалась прореха, и Робер заткнул ее прежде, чем это сделал кто-то другой, после чего тени на стенах стали неважны.

Бесноватые лезли, их убивали, и они падали, становясь лестницей для новых не мужчин, не женщин, не юнцов – ошалевших от крови тварей. Их ничто не унимало и ничто не пугало, но южане как-то держались.

Эпинэ орудовал сразу шпагой и бирисским кинжалом, справа дрался Жильбер, слева тоже кто-то раз за разом открывал дверь в Закат. Атакующие вопили, южане кричали в ответ, орал и Робер. Кажется… Дезертир в болтающихся поверх мундира дворянских цепях, худющий черноленточник, двое мальчишек, столь мерзких, что даже их возраст ни на мгновение не задержал разогнавшуюся руку, опять дезертир, из городских стражников, и тут же за ним жуткая растрепанная тетка. Они возникали из темноты, чтобы сдохнуть, и сдыхали, а потом на крыше дома напротив сверкнуло: один выстрел, другой, и еще… Считать упавших возможности не было, тем более что били не рядом.

– Проклятье! Этого я и боялся…

– Монсеньор!

– К Леворукому!..

Стрелки на крыше, они уже стреляют в ответ, но этого мало. Рявкнуть «Сомкнитесь!», выскочить из свалки… Рядом Жильбер, за ним кто-то еще, кто – не разобрать.