Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Холера Бермессерова как раз в порту под арестом торчала, а вояк на пирсе было немерено, даже шаутбенахт один болтался… Начальство начальством, а глаза и мозги у офицеров со «Звезды» в порядке.

Молчат. Переваривают. Вроде и лишнего не сболтнул, и не наврал. Так все и есть, аж противно. Сдохни интендантская морда своей смертью, ничего б не поменялось – не в покойнике дело, господа селедки, а в Бермессере. Хоть сейчас рыбий потрох и выкрутился, но понимает, что до конца далеко, вот и принялся за свидетелей, а свидетель сам ему в пасть полез.

– Значит, можем не ждать, что господин Бермессер раздумает терять время и отвернет? – Ледяной смотрел только на Китов. – Тогда мы загоняем себя в ловушку. Еще полчаса этим курсом, и нас прижмут к камням. Там, помнится, даже на шлюпке до берега добраться вряд ли получится.

– Точно.

– Но вы, шкипер, курс менять не собираетесь. И, мне кажется, вы знаете, что делаете. Так?

4

Добряк несколько раз перевел взгляд туда-сюда, явно оценивая расстояние, и ухмыльнулся.

– Правильно, господин адмирал, думаете. – И голос у Добряка тоже изменился. – Еще немного, и справа проливчик откроется, Китам под хвост. Вот мы и туда. В сильную волну страшновато, узкий он, и пара поворотов хитрых… Сейчас риска меньше. Получится – вернемся туда, откуда пришли, только быстрее.

Шкипер столь выразительно хмыкнул, что Руппи едва не полюбопытствовал, всегда ли господину Клюгкатеру так везет с «норками». Вовремя вспомнилось, как вел себя Юхан во время плавания, как жался к берегу, выбирая курс… От одной такой заботливо присмотренной «норки» к другой, надо полагать.

Вякнула взгромоздившаяся на установленные вдоль борта коечные сетки позабытая Гудрун, и тут же нос «Звезды» окутало белое облачко.