Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Следом за слухами подтянулся поредевший «каданский» корпус. Бравые гвардейцы во всем винили неуклюжих и тупых «медведей», вояки попроще поругивали начальство, люди слушали и охали. И тут старый Бруно выправил положение, без особых потерь переправив армию через Хербсте и захватив важную крепость.

Фридрих объявил о взятии Доннервальда на второй день суда, о котором и так говорили не шибко. Так объявил, что победа стала почти его, а предыдущие поражения – почти Готфрида. Это могло расшевелить бабушку, но пока о Штарквиндах слышно не было, по крайней мере по трактирам и площадям, где царили Фридриховы подпевалы и вербовщики.

Шедший первым Йозев споткнулся и по-боцмански помянул крабью тещу. Грольше ухватил старика здоровой рукой за плечо и резко свернул в ближайший переулок. Руппи, борясь с раздраженьем, припустил следом. Вряд ли кто-то в этой людской похлебке обратил внимание на соленые словечки, вряд ли кто-то их вообще разобрал, а если и разобрал? Мало ли в Эйнрехте народу с побережья, и все же…

Переулок был тих и извилист.

– Если в конвое пойдут такие ребята, – с ходу «обрадовал» намолчавшийся Грольше, – придется тяжеленько… Точно говорю.

– Кто пойдет? – не понял Руппи.

– Да гвардейцы же! – сплюнул от избытка чувств абордажник. – А все эти животины… На пальбу и ухом не ведут, толпы не боятся, от крика не шарахаются… И залезшие на них балбесы управляются с четырьмя копытами не хуже, чем я со своими двумя.

– Да уж, – подтвердил бывший боцман. – Ох, и вляпаемся мы с ними, чует моя селезенка!

– Мы знали, что придется драться с охраной. Конной.

– Торстенова сила, мы же на палубе привыкли орудовать да на своих на двоих! Там ясно, что делать, чего от кого ждать; как свою шкуру сохранить, а чужую – подпортить, а вот тут… С лошадьми всерьез дела иметь не доводилось, а уж с кавалерией вашей гвардейской… Точно говорю! Ну не думал я, что они так хороши, хоть режьте, не думал! Больно уж ловко с конями обращаются.

«Эбби»… Искалеченный, лишенный управления, вываливающийся из линии… Корма «Ноордкроне» открыта, это конец, а кэцхен все пляшут… Пляшут и смеются.