Сердце некроманта

Чем упорней я буду твердить, что между мной и Дитрихом ничего не было, тем громче будет гудеть молва, дескать, дыма без огня не бывает.

Так может, пусть хоть по делу полощут, а не просто так?

— Дай руку и пробивай блок, — шепнул мне Дитрих.

— …Избавить ее от справедливой…

— Ты не ответил, — перебил его Роналд. — Кто ты такой, что смеешь говорить за весь Орден?

Я подчинилась приказу Дитриха. Он мог бы пробиться к магии сам, но его сила укрепила бы артефакты, блокирующие магию. Моя же разрушит их, и брат с его людьми тоже смогут колдовать.

Я сжала в кармане кольцо — одну из полудюжины дешевых побрякушек, что мы зачаровывали во время каждого привала специально на подобный случай.

— Первый брат дал мне это право. Я — брат Михаэль, лица которого коснулась длань самого Фейнрита…

Это было слишком.

— Длань Фейнрита?!

Роналда перекосило, инквизиторы обернулись в нашу сторону. Но я не замолчала.

— Я оставила тебе этот шрам! Девчонка, над которой ты пытался надругаться!

Но прежде чем я успела договорить, а инквизиторы — опомниться, Дитрих сотворил заклинание.

Стена силы — такая же, что совсем недавно расплющила демонов, — понеслась на инквизиторов, смела щиты и бросила братьев прямо на клинки Роналда и его людей. Те не стали терять времени, трое инквизиторов рухнули разом, остальные схватились за посохи. Роналд первый сообразил, что сила повинуется ему. Не выпуская из рук меча, начал собирать заклинание. Инквизиторы попытались выстроиться кольцом, чтобы защититься и от мечей, и от магии, но люди брата оказались быстрее.

Я хотела зажмуриться, но не получилось. Крики, запах металла и паленого, алые пятна крови на полу, искаженные яростью и предсмертной агонией лица смешались в безумный хаос, а я стояла и смотрела, распахнув глаза, лишь вливала и вливала магию в Дитриха.

Роланд резким ударом сверху вниз проткнул горло корчившегося на полу Михаэля.

— «Длань Фейнрита», — передразнил он. — Паскудник. — Он возвысил голос, оглядывая жмущихся к стенам людей. — Так будет с каждым богохульником.

С каждым, кто посмеет покуситься на жизнь особы королевской крови! А теперь — все вон отсюда!

Через несколько мгновений зал опустел — чудом в дверях не возникла давка. Роналд обернулся ко мне:

— Тебе в Ордене совсем мозги высушили?! Зачем ты дала им знать о себе? Я их специально отвлек, а ты… Еще и всем разболтала, что девчонка! Табличку бы себе на лоб повесила: «Беглая отступница!»

Дитрих молча задвинул меня за спину, заслонив от разъяренного брата.