Сердце не обмануть

У неё будет ребёнок! Частичка Александра, которая скрепит их любовь ещё больше. Но вместе с радостью графиня испытала страх. Ведь теперь она в ответе не только за себя, но и за малыша, которого носит под сердцем.

Татьяна не знала, где находится, и тем более не предполагала, чего стоит ожидать от Езерского, но сейчас была твердо намерена выяснить это.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла горничная, облачённая в строгое чёрное платье с белым фартуком.

— Pani raczyła się obudzić (пл. — Госпожа изволила проснуться)?

Таня недоуменно посмотрела на прислугу.

— Madame a daigné se réveiller (фр. — Госпожа изволила проснуться)? — служанка повторила свой вопрос, только на этот раз по-французски, а затем продолжила: — Меня зовут Марыся. Пан велел мне позаботиться о вас.

Тата облегченно вздохнула. Приятно было слышать знакомый язык, на котором она могла объясниться.

— Oiu (фр. — Да), — коротко ответила графиня, понимая, что на большее не хватает сил.

— Laisse-moi vous'aider à vous'habiller (фр. — Позвольте мне помочь вам облачиться), — промолвила горничная, отправляясь в гардеробную.

Вскоре она вынесла оттуда скромное платье, но Таня не придала значения своему внешнему виду. Ныне её беспокоило совсем другое.

Хотелось поговорить с Езерским и расставить точки над «i».

— Скажи, Марыся, а где нынче пан? — спросила Татьяна, когда прислуга перестала над ней хлопотать."

"— Пан в кабинете, — сказала Марыся, собираясь уйти.

— Проводи меня, — попросила графиня, не ожидая возражений.

Служанка покорно провела Таню по длинному коридору, а потом остановилась у огромной дубовой двери.

Поклонившись, она оставила Татьяну одну. Намереваясь не медлить, она постучала.

Услышав громкое «zaloguj się» (пл. — войдите) Тата толкнула дверь и неуверенно застыла на пороге.

— Таня? — удивленно сдвинув брови воскликнул Езерский, — что ты…

— Я пришла положить конец спектаклю, который вы устроили, — перебила мужчину Тата, — на каком основании вы держите меня тут?!

— Для всех в этом доме вы моя жена, — спокойно начал Алексей, развалившись в кресле, а затем добавил: — пани Езерская.

— Вы… Вы! — гневно воскликнула Тата, — вы забываете, что у меня уже есть муж! И дети! Неужели для вас это не имеет совершенно никакого значения?

Графиня взмахнула правой рукой, показывая тоненькое кольцо, с небесно-голубым сапфиром.