Сердце Дракона. Восьмой Том. Часть 2

— Мы в обители не одни?

— Не считая твоих друзей — одни, — кивнула фэйри. — Если бы я любила компанию мешков мяса и плоти, то не сделала бы этот заброшенный каменный дом своим.

Хаджар вспомнил четверостишье, согласно которому Ана’Бри и погрузила Грэвэн’Дор в сон. Что же, как и свойственно легендам и песням, они слегка искажали истинный ход событий.

Значит, когда сюда пришла сидхе Зимнего Сада, то тренировочная обитель эпохи Ста Королевств уже была заброшена…

Что наводило на очень неприятную мысль о том, что Хаджара использовали.

Король эльфов Марнил и глава клана Хищных Клинков. Эти двое играли в какую-то свою игру.

— Я смотрю, до тебя начало доходить, Безумный Генерал, — кровожадностью улыбки Ана’Бри могла легко составить конкуренцию и Хельмеру.

— Что им нужно от тебя?

Ледяная ведьма засмеялась. Все тем же, жутким смехом, в котором сочеталась журчание капели и треск спускающейся лавины.

Хаджар теперь не сомневался, что аристократы — Марнил и Динос, пришли сюда вовсе не за техниками и сокровищами.

Там же, где теперь находилась гробница Императора Декатера.

Получалось, что от Грэвэн’Дора им нужна была…

— Я сама, — Ана’Бри скрестила ноги. Хаджар сглотнул. Даже несмотря на осознание того факта, что любовь этого создания означает смерть, он оставался молодым и здоровым мужчиной.

— Ты…

— Я не умею читать мыслей, Безумный Генерал, — перебила фэйри. — Но мне достаточно взгляда, чтобы увидеть тоску мужчины по женскому изгибу. Ты уже давно один, маленький воин.

Внезапно Хаджар понял, что Ана’Бри уже не сидит на троне. А он не находится в клетке.

Они стояли лицом к лицу друг с другом. Позади них находилась ледяная кровать, устланная шкурами животных, названия которых Хаджар не знал.

Сама же Ана’Бри, легкими движениями, скинула с себя тонкие полоски черной ткани. Прикрывая желанные места своего тела ладонями, она приняла позу, от которой Хаджару стало тесно в штанах.

Мысли, схожие с теми, что навеяла когда-то Да’Кхасси, затопили его сознание.

Сжав волю в кулак, он отряхнулся от них как от грязной воды.

— Если я возлягу с тобой, то умру, — прошептал он.