Сердце феникса

На допросе Мерильен настаивал, что зеркало взял только для связи с женой, мол, ей рожать скоро и волноваться нельзя.

Неизвестно, поверил Будгар или нет, но заявил, что позволит вернуться в Тор-на-Дун одному из дроу, самому младшему. Тот должен передать кое-что на словах. И не кому-нибудь, а той, которая уничтожила армию орков на подступах к Роху.

– И что же он приказал передать? – цедит Эрионар.

Его хвост нервно щелкает по начищенному сапогу.

– Он потребовал, чтобы вы, Прекраснейшая, связались с ним через зеркало, если хотите, чтобы его высочество вернулся в Миррагдель в целости и сохранности…

Рассказ Ризена прерывает женский крик.

Мы оборачиваемся.

На пороге застыла бледная Эовен и смотрит на нас расширенными от ужаса глазами."

"– Простите, принцесса, сюда нельзя, – спешит к ней целитель.

Он пытается не дать ей войти, но она, похоже, уже все услышала и начинает медленно оседать.

– Риль… – бормочет, машинально цепляясь за лекаря, – мой Риль…

Поспешно бросаюсь к ней, но Эрионар опережает меня и успевает подхватить бедняжку под локоть.

– Что с моим мужем?

Приходится рассказать.

По лицу Эовен струятся слезы. Она пьет, давясь рыданиями и клацая зубами о край стакана. Мужчины топчутся с растерянным видом. Я тоже чувствую себя абсолютно беспомощной, но по наитию сжимаю руку эльфийки и пытаюсь ее успокоить:

– Не переживай, с ним ничего страшного не случилось.

Мои слова провоцируют обратный эффект. Эовен начинает рыдать взахлеб.

Эрионар, склонившись ко мне, комментирует шепотом:

– Да, умеешь ты успокаивать женщин!

– Ты тоже! – едко парирую, намекая на сцену на лестнице.

Но он не знает, что я стала невольным свидетелем его разговора с Силириен, и потому не понимает намека.

– Нужно решить, что делать дальше, – говорит, отведя меня в сторону.

– А что тут решать? – пожимаю плечами.

И вспоминаю некстати, что сегодня ночью – однолуние.

– Эовен, – оборачиваюсь к эльфийке, – мне нужно твое зеркало связи. Оно же настроено на зеркало Мерильена?

– Д-да, – мычит та сквозь слезы. – Ты же вернешь его? Ты не позволишь, чтобы он пострадал?

Она вскакивает с кровати и с неожиданной силой хватает меня руку:

– Поклянись, поклянись своими детьми, что вернешь мне мужа живым и здоровым!

– Эви! – растерянно отступаю.