Семеро Тайных

Россоха отвел взгляд в сторону. Неприятно, что тебя видят насквозь, но, похоже, они все думают об одном и том же. И Беркута тоже трясет, а говорит чересчур громко и напористо.

— Она недолго будет зеленой, — пробормотал он. — Но вряд ли этот станет ждать до наступления снега.

— А что он может?

— Кто знает. Мы знаем, что можем мы.

Беркут проговорил угрюмо:

— Ты хочешь сказать, что мы можем... не так уж и много?

Россоха сказал нехотя, никто не любит признаваться в неумении что-то делать:

— Мы соперничаем.

.. но черпаем из одного источника. Наша магия построена на долгом овладении тайнами слова, на отыскании сокровенной связи звука с сутью вещей. Мы наращиваем мощь терпеливо из года в года по каплям, мы умело приучили камни наших башен вбирать магию из воздуха, как трава умеет из ночного воздуха пить влагу и создавать чудодейственные капли, в народе пресно именуемые росой! А если мы так же, как простолюдины... и великие могут заблуждаться!. . прошли мимо мощной реки магии, что изливается на весь мир, а мы не замечаем?

— Дикость, — бросил Короед ядовито.

Россоха смолчал, только кивнул за окно. Строгое лицо мага было выразительным, плечи зябко вздрогнули. По ту сторону защитного пузыря находится тот, что стоит в своей реке по колени, и, похоже, может черпать столько, сколько сумеет.

Беркут переходил от одного окна к другому, словно так скорее мог отыскать уязвимое место.

— Возможно, — сказал он скорее из упрямства, недостойного его возраста, — он просто умеет больше впитывать. Учение учением, но чтобы, скажем, петь, надо, чтобы голос, слух, луженая глотка... а герою нужны не только умение владеть мечом, но и высокий рост, широкие плечи, масса мышц...

Россоха бесцельно бродил по комнате, голову опустил, глаза шарили по каменным плитам так усердно, словно в них пряталось решение. Неожиданно спросил:

— А кто нам мешает узнать?

— Что? — не понял Беркут.

Спина Россохи медленно удалялась, видно было, как под ветхим халатом двигаются острые лопатки. Возле окна он на миг остановился, скользнул взглядом, и снова пошел мерить шагами комнату. Беркут фыркнул. Россоха вздрогнул, выходя из глубокой задумчивости:

— Что? А?.. А-а, я говорю, он ведь как раз и добивается поговорить с нами. В чем-то убедить.

— Додобивался, — буркнул Короед.