Семеро Тайных

Остаток дня раздумывал, как поступить, но когда от жажды начало мутиться в голове, а воду из подземного озера пить не решался, он все-таки выбрался наверх, а гору раздробил и обрушил, навсегда уничтожив основной источник.

Теперь в мешке за спиной бесценные записи, смысл которых еще понять бы. Возможно, там величайшие тайны бытия, а возможно, всего лишь перечисление древних царей, их походов и восхваление нелепых подвигов. Правда, зачем бы он тогда записывал, на него не похоже...

С пугающим холодком пришло осознание, что на воду древних понадеялся чересчур.

— Еды, — прохрипел он. — Любой! Пусть даже со стола бедняка... За всех, черт бы вас побрал...

Тупо смотрел на камни, где ничего не появлялось, спохватился, начал вспоминать заклятия. С пятого или шестого раза в двух шагах затрещало, возник нелепый в продуваемых всеми ветрами камнях ажурный столик с резными ножками, сверкающие блюда с жареной птицей, ломтями жареного мяса.

Он сглотнул слюну, как зверь, едва не опрокинул, хватал обеими руками еще горячие тушки, разрывал, обжигая пальцы, жадно вгрызался, глотал куски мяса как волк и, лишь ощутив тяжесть в желудке, начал есть как изголодавшийся человек: быстро, жадно и много.

Когда утолил голод, начал есть просто в угоду аппетиту: очень уж все вкусно, нежно, сдобрено жгучими травами, острой солью. И лишь когда еще позже начал есть в запас, что привычно для любого охотника, который сутками бегает по дебрям, некогда развести костер, то спохватился, с недоумением и стыдом посмотрел на пустой стол, где, казалось, пировала голодная орда степняков.

— Кой черт, — вырвалось у него невольно, — мне-то зачем наедаться впрок?

Из десяти листков девять оказались все еще непрочитанными. Возможно, это в самом деле записи о походах, завоеваниях, перечнях убитых врагов и сокрушенных народов. На прочтенном, правда, отыскал крохотное заклятие, а когда сумел повторить, путаясь в жестах и шипящих звуках, в пещере возникло широкое мерцающее в полумраке зеркало.

"В светящейся поверхности двигались смутные тени. С правой стороны возникло красное пятно, а когда он сосредоточился, рассмотрел горящие дома.