Семь снежинок на ладони

Отцу тогда было двадцать два. А женился он десять лет спустя.

Никогда об этом не задумывался…

Можно ли считать это аргументом в пользу того, что где-то бродит мой неучтённый родственник?

Не знаю.

Отец был слишком рациональным. Слишком… ледяным, под стать своей магии. Семьёй он обзавёлся поздно. Возможно, Эльдбергам суждено созревать к браку в зрелые годы. Как у меня с Эмилией, у родителей была большая разница в возрасте. Даже больше – четырнадцать лет. Мама была дебютанткой на рынке невест в тот год, когда папа решил жениться.

И мне всегда казалось, что отец относился к нему как к деловому проекту.

…Кто же мог подумать, что ему так не повезёт с наследником?

Наконец я добрался до нужной страницы. Чтобы не испачкать случайно папину вещь, я переписал пропись на листок и вернул книжку на место.

Лаборатория располагалась этажом ниже, между кабинетом и библиотекой.

Вот когда у меня появятся дети, я обязательно найму хорошего учителя, чтобы их научили зельеварению.

Я положил на лабораторный стол листок с рецептом – в знак серьёзности намерений – и прошёлся вдоль стеллажей. Ингредиентов для зелья было нужно немного, и, к счастью, всё обнаружилось. Отлично! Я, по своей безалаберности, в прошлый визит даже не позаботился взглянуть, не нужно ли чего докупить.

Единственное, что меня оправдывало, – внезапность происходившего. Внезапность брака, внезапность отъезда обратно в столицу и из столицы в замок.

Завтра вместо пьесы прямо с утра займусь зельем. Одна мысль, что на это потребуется как минимум полдня, пробуждала во мне отчаяние.

…А ещё это было больно. Боль я тоже не любил.

Зато я исполню долг перед супругой и родом!

Это должно было меня воодушевить, но лишь большим грузом упало на плечи.

Мысль о долгах напомнила об обещании, данном Эмилии.