Семейные тайны

Как мы поняли из его объяснений, он нарочно потушил свет, чтобы сюда внесли торт со свечами, которые позже фрау Марта отказалась потушить. Я ничего не перепутал?

– Нет, – ответил Герман, – все так и было. Я потушил свет, и через несколько секунд Калерия Яковлевна внесла торт.

– А потом вы не сразу включили свет? – уточнил Нерлингер."

"– Не включил, – подтвердил Герман. – Я попросил мать задуть свечи, но она отказалась. Ей не нравился торт, который мы заказали в русском ресторане. И поэтому она отказалась задувать свечи.

– И все это время в гостиной было темно, – сделал вывод Менцель.

– Да, – подтвердил Герман. – Только потом мы включили свет. Мы можем узнать, наконец, чьи отпечатки пальцев вы нашли на бокале моей матери?

– Этого мы не знаем, – ответил следователь. Сейчас мы возьмем отпечатки пальцев у всех присутствующих, а затем с помощью компьютера сверим их с теми, что нашли на бокале. Эта несложная процедура займет не так много времени. Тогда станет известно, кто именно трогал бокал вашей матери.

Он поднялся и подошел к столу. Посмотрел на всех присутствующих. Все молчали. Менцель повернулся к инспектору Нерлингеру.

– Скажите, чтобы принесли компьютер, – попросил он. – Мы сверим отпечатки прямо сейчас.

Нерлингер позвал своего сотрудника, который вошел с компьютером и машинкой для снятия отпечатков.

– Приступайте, – разрешил тот.

– Тогда начинайте прямо с меня, – нервно произнес Герман. – Это я потушил свет, я предложил ей задуть свечи. Я не включал свет несколько минут. И я сидел ближе всех к моей матери. Но я никогда в жизни не пытался ее отравить.

Он протянул руку, и автомат зафиксировал его отпечатки пальцев. Результат был отрицательный.

– Следующий, – сказал Нерлингер.

– Давайте по кругу, – предложил Менцель.

Все посмотрели на Анну.

– Это обязательно? – Голос у нее предательски дрогнул.

– Все находившиеся в доме люди должны пройти эту экспертизу, – строго сказал Менцель. – Мы просим сделать это в добровольном порядке. В случае отказа у нас могут появиться сомнения в вашей искренности.

– Получается, что вы меня подозреваете? – спросила Анна.