Наследие Пламенных

Не глядя магистр щелчком пальцев развел огонь. Ллавен вздрогнул, вспоминая, как это пламя обожгло его. Затем осторожно приблизился к костру и начал готовить ужин. Наставник не смотрел на него. Он сидел над Райгой и плел очередное заклинание. Девушку продолжал мучить жар.

После ужина Миран и Ллавен демонстративно разошлись в стороны и улеглись по разные стороны от костра. Райтон же присел рядом с магистром Лином и осторожно спросил:

— Что будет с Райгой? Она… умрёт?

И тут же пожалел о том, что рискнул заговорить.

Наставник бросил на него убийственный взгляд. Но все же ответил:

— Райга вобрала всю силу моего пламенного заклинания. Сейчас оно сжигает ее изнутри. Ты понимаешь, что это значит?

— Магистр Аллард говорил, что поглощать чужую магию очень опасно. И сейчас эти знания считаются секретными.

— Верно. Но этот артефакт, похоже, очень старый. И обладает подобной силой. Откуда он у нее?

Райтон коротко рассказал о том, что произошло с ними после пленения наставника. За минувшие с их бегства из Цитадели сутки у них даже не было времени поговорить об этом.

И теперь эльф внимательно слушал своего ученика.

— Озеро из Пламени, — задумчиво сказал он, когда юноша закончил свой рассказ. — Похоже, это действительно какой-то из артефактов Кеуби. И пока что, она пробуждает его неосознанно, когда испытывает сильные чувства. Возможно, магическое истощение тоже как-то подталкивает процесс."

"— Вы сможете ее спасти? — снова спросил Райтон.

Магистр неопределенно пожал плечами и ответил:

— Ложись спать.

Мы оторвались от погони. Я найду способ разобраться с этим до утра.

Принц послушно отошел и украдкой глянул на спящих товарищей. Он прекрасно знал, что Миран успел пробудить свою магию крови. А значит, ночью его снова будет терзать кошмар. До утра ему предстоит бродить по улицам призрачного города, слушая стоны и голоса своих предков.

Райга горела. Огонь был повсюду. Чужое пламя. Сильное и могущественное. Оно злилось и пыталось вырваться на свободу, чтобы выполнить свою задачу — уничтожить и сжечь.

Ненависть, обращённая в огонь полыхала внутри нее. Ее сил хватало только на удержание. Она не могла пока что присвоить его. Ее пламя изо всех сил сдерживало напор чужой магии, но его оставалось все меньше. Девушка чувствовала отчаяние. Она помнила, что стоит ей отпустить заклинание, и оно убьет Ллавена.

После целого дня внутреннего жара, губы, прикоснувшиеся к ее губам, казались ледяными.