Семь кедровых орешков. Смертница

Он хотел что-то сказать Еле, но неожиданно их окружили подошедшие герцог Аверин, граф Террич, Мадлен и полицейские, и пришедшие на помощь стали расспрашивать подробности того, что произошло в городе.

Однако Ричард шепнул Рональду:

— Если твоя возлюбенная захочет, то быстро прыгнет Мароу в постель, и это обстоятельство закрепит связь. Девчонка станет госпожой Мароу и одной из самых богатых женщин империи. О-очень выгодная партия для неё, — Ричард выразительно смотрел на брата. — Мезальянс чистой воды, но.

— Еления не такая, Рич, — уверенно ответил Рон, грубо отпихивая его плечом. — Она никогда не воспользуется чужой добротой. Этот оборотень ей не нужен.

— Ну, если она не дура, то воспользуется, — цинично усмехнулся Ричард. — Все девушки белые и пушистые, пока на горизонте не появится выгодная партия.

— Еля не дура. Она порядочная, — резко заявил Рон, снова закипая от слов брата."

"— Порядочная? — брат скептически посмотрел на него.

— Я не собираюсь с тобой спорить, Рич, — недовольно ответил Рон. — Потому что ты циник и, видимо, тебя окружают такие же циники, как и ты. Но если ты будешь оскорблять Елению, я вынужден буду вступиться за её честь.

— С собственным братом? — брови этого самого брата удивлённо поползли вверх. — Из-за этой девчонки?

— И с братом тоже, — хмуро заверил его Рон.

— Даже так? — хмуро процедил Ричард.

— За её честь я буду сражаться... со всем миром, — твёрдо ответил Рон, а его уверенный взгляд очень удивил Ричарда. И взбесил.

Он открыл рот, чтобы высказать мелкому все, что он думает о его заявлении, но тут подошел Мароу.

Глава 28

— Я немного слышал ваш разговор, Рич, — холодно заявил оборотень, видимо, уже получивший помощь от целителей, потому что раны на лбу и руке были обработаны, затянулись и не кровоточили.

— То есть ты тоже в неё влюблён? — насмешливо поднял бровь Ричард, уязвлённый и удивленный таким поведением брата и друга. И этот туда же.  — И твоё сегодняшнее благородное поведение, полагаю, связано не только с беспокойством за девушку?

— Ричард, это не твоего ума дело, — жестко ответил Мароу. — Я сейчас говорю о другом.