Семь кедровых орешков. Смертница

А его лицо ты видел? В его глазах стояло безумное облегчение, как будто он давно искал её и, наконец, нашёл.

— Ты у нас эмпат, — нахмурится Мик. — Вот и чувствуешь всё, и видишь больше, чем другие. Я ничего подобного не заметил.

— Мы должны вытащить их, — серьезно произнёс Май.

— Каким образом? — хмуро поинтересовался у него друг. — Чтобы нас под военный трибунал отдали за нападение на принца Варниуса? Это государственная измена.

— Надо подумать, — задумчиво протянул Май. — В любом случае женщины нужны были принцу живые и невредимые — значит, убивать их никто не собирается.

Кроме того, Оливар Варниус, как принц, имеет практически неограниченную власть в империи, но он нанимает бандитов, которые под личиной «невидимок» похищают женщин. Почему?

— Потому что ему не нужно, чтобы кто-нибудь об этом узнал.

— Вот именно.

— Значит, все его действия противоречат закону и нехорошо ""попахивают"", — протянул Мик.

— Я бы сказал «воняют», — хмуро процедил Май.

Глава 10

Еления открыла глаза, перед ними стояла мутная пелена.

Зрение было расфокусировано, а в голове пустота. Она почувствовала, что очень слаба и не может шевелиться. Хотела поднять руку, но не смогла.

Что с ней?

— Ты просто обездвижена заклинанием, — услышала знакомый мужской голос. Она задала этот вопрос вслух? — В этом мире необязательно привязывать к кровати, существует множество магических заклинаний, помогающих справиться с буйными.

Девушка медленно повернула голову в сторону говорившего и от неожиданности вздрогнула.

Но не говоривший напугал её, а то, что она увидела вокруг. В последний раз, когда она закрывала глаза, она была в уютной комнате, сейчас же находилась в лаборатории.

От увиденного мысли стали проясняться, а зрение обостряться."

"Оборудованное помещение, приспособленное для специальных опытов и исследований, вызвало ужасные воспоминания и заставило внутренне содрогнуться. Оно не было похоже на белоснежные и вылизанные лаборатории доктора фон Дока.

Наоборот, в нем была очень богатая обстановка и, помимо непонятных приборов и аппаратов, колб, колбочек и всяких других медицинских приборов, стоял огромный стол с кучей книг, документов, чертежей, небрежно разбросанных по нему. За столом стояло огромное мягкое кресло. Вдоль стен несколько шкафов с книгами. У стены напротив кушетка, но не маленькая, а такая, что и взрослый мужчина спокойно сможет поместиться на ней, чтобы отдохнуть пару-тройку часов.