Семь дней до Мегиддо

Точно так же, не сговариваясь, мы столкнулись через полчаса в темноте, в дверях.

И занимались любовью молча, не включая свет и не произнося ни слова.

Только потом, когда мы лежали, легко касаясь обнаженных тел, Милана сказала:

– Мне было страшно, а теперь нет. Ты настоящий друг. Но можно ли заниматься сексом с друзьями?

– У нас в компании один парень продвигал эту идею, – сказал я.

– И? – заинтересовалась Милана.

– Потом он перешел от абстрактной теории к конкретным предложениям – и огрёб. Теперь у него другие друзья.

Милана тихо рассмеялась.

– А в нашем случае?

Я подумал.

– Это скоро будет не важно.

– Ты не знаешь, справишься ли?

– Да.

– Максим, ты уверен, что должен идти?

Я не ответил.

– А если позвать друзей?

– Я уже думал. И знаешь, что понял? У меня много приятелей. А друзей нет. Кроме тебя, как ни странно. Но тебя я не возьму. И будь еще настоящие друзья, не позвал бы. Ничем они не помогут, без шансов.

– Но так нельзя! Надо что-то придумать.

– У меня есть какой-то мутаген.

Я не стал уточнять детали.

– А ты не превратишься в Измененного?

– Взрослые не мутируют.

Милана рывком села на кровати. Я не видел, но чувствовал, что она возмущенно покачала головой.

– Нет, это всё ерунда. Ты же говоришь, монстр убил кучу народа?

– Он всех убил, – признался я. – Кроме Дарины и Анастасии. Вот почему я должен идти.

– И когда ты хочешь идти? – спросила она.

– Я даже этого не знаю. Сегодня монстр был… недоделанный.

– А его уже не спутать с человеком?

– Нет. Руки-ноги длинные. И их шесть.

– Фу…

Милана замолчала.

– Ты и так мне помогла своим «системным подходом», – сказал я.

– Да я так, сдуру ляпнула… Хотела выглядеть поумнее.

– Хорошо получилось. Я стал думать о том, чего нет, и многое понял.

– То, чего нет… – Милана помолчала. – А ведь в этом что-то есть.

– В том, чего нет, – засмеялся я.

– Именно! Чего у нас нет? Нет известного времени, когда на Гнездо нападут. И твоя… подруга, – она запнулась едва заметно, – тебя не впустит сторожить. Я бы точно не впустила.