Семь дней до Мегиддо

До конца не верил!

– А кто из нас верил? – воскликнул Виталий Антонович, и в голосе прорвалось торжество. – Суки! Их же не отличить было!

Деда Боря едва заметным движением взялся за сердце. Потом сказал:

– Я в туалет, с вашего позволения…

И скрылся в дверях сортира.

Юра подошел к останкам администратора, ткнул стволом помповика, подцепил халат, поднял.

Горка песка. Из него высовывается краешек кружевных трусиков.

Юра поворошил песок, выкатилась одна из пуль, излучаемый ею свет медленно угасал.

– Мощная штука, – сказал Юра с уважением.

Под формой охранника тоже ничего, кроме крупных дробин и семейных трусов, не нашлось.

– Плохо – вскрытие не сделать, – сказала Елена. – Ах, мальчики, как жаль! Мы могли понять, как они устроены!

– Следующего хоть живым анатомируй, – буркнул Виталий Антонович. – Только вязать их надо как-то… с учетом силы и гибкости… Не знаю, как их вязать. Надо попробовать отрубать головы! Выстрел в голову, потом отрубаем, тело остается целым.

– А мозги как изучать? – деловито спросил Юра.

– Следующему выстрел в тело, отрубаем голову и изучаем.

– Годно, – решил Юра.

И нервно рассмеялся.

Вернулся деда Боря, недовольно сказал:

– Они не гадят, что ли? Туалетной бумаги нет, мыла нет…

Взял со стола бутылку санитайзера и щедро плеснул на руки.

– Есть и плюсы, – сказал Виталий Антонович. – Песок убрали – и всё. Никаких материалов для уголовного дела. А можно и оставить, песок… он и в Африке песок. Только одежду убрать.

Елена молча подняла форму, брезгливо, двумя пальцами взяла трусы охранника, отряхнула и отнесла в соседний кабинет.

– Вот и всё. Грязно тут у них, экономят на уборщице… Максим, дорогой, что ты там углядел? Или на понт ее брал?

– Нет, не на понт, – сказал я. – Выстрелов никто не слышал, как думаете?

Ответа никто дать не рискнул. Но мне самому казалось, что пальба прозвучала не так уж и громко. Окна закрыты, стеклопакеты хорошие, помещение клиники не в общем здании, а в пристройке.

– Идемте, – сказал я.

Вслед за мной все прошли в операционную."

"Я не стал тянуть, сразу ткнул пальцем в зеркало на стене:

– Вот.

– Для операционной странновато, – сказала Елена, изучая зеркало. – Но мало ли… посмотреться сразу после подтяжек-липосакций…

Она попыталась отодвинуть зеркало от стены и хмыкнула. Потрогала стекло.

– Теплое…

– Пусти-ка, – Юра взялся за зеркало с одной стороны, Василий – с другой.