Селфи на балконе

Наверно, это я его своим нервным прыжком в реальный мир вернула. Конечно, не каждый ведь день, девки шарахаются от него

А тут…

Хотя, какая-то часть меня, от этих слов подпрыгнула и сделала двойное сальто. Плохим человеком я себя не считаю, злорадствовать тем более не люблю, но, сколько времени Звягина гонялась за этим парнем и ничего. А я гоняться не собираюсь, даже наоборот, избавиться хочу, но получается, что мы с ним в одной квартире почти в обнимку стояли, и он меня в этот момент намеками к стене прибивал.

— Вот завтра уеду, и будешь делать всё, что захочешь.

Ловко я от темы уехала?

Конечно, не он ее раскидал, но мне только это в голову пришло. Странность какая-то. В его присутствие у меня развязывается язык, но высыхает мозг. Почему? Это тот вопрос, на который нет ответа.

Пока парень завис, как при слабом сигнале интернета, я резвой козочкой начинаю собирать голландский овощ, который умудрился укатиться под полку для обуви.

— Я достану. — Отвисает Корнеев, и отодвигает меня.

— Я сама. — Падаю на коленки, чтобы удобнее было и тянусь к заветному.

— Наталь, все-таки я. — он пристраивается рядом со мной, и мы, как два идиота пытаемся схватить одну картошину.

— Корнеев!

— Детка!

— И Сухой!

Мы с барином резко пытаемся повернуться на говорящего, и смачно сталкиваемся лбами.

Пока я тру ушибленное место, вижу перед собой ржущего Суханова.

— Вы бы хоть двери закрывали, что ли.

Корнеев пожимает руку друга, а я вскакиваю на ноги. Неудобно-то как… даже с учетом того, что я ничего плохого не делала.

— Чем занимается молодежь? — Назару весело. Он улыбается.

— Картошку собираем. — обыденно отвечает Корнеев, и смотря на меня, подмигивает.

Парень запрокидывает от смеха голову, а я фыркаю в ответ.

— На паркете? Картошку? Как же скучно я живу. Кстати, привет, красотка.

— Привет. — скорее под нос себе бурчу, чем вслух говорю.

— Назар, тебе чего? — устало спрашивает Корнеев, скорее всего, он и не знал, что друг, на ночь глядя в гости, завалится.

— Вообще, пришел тачку твою одолжить, чтобы к одной мадмуазель голубых кровей на вечерний чай сгонять. — Говорит, а сам на меня смотрит и улыбается.

Думает, я не поняла, что он говорит?

Тут и переводчик не нужен.