Селфи на балконе

Кстати, а кто возместит ущерб разбитого зеркала? Кто? Мне его самой покупать?

— Меня здесь не было, и ничего возмещать я не буду.

Не собираюсь я снова из-за Звягинской задницы с деньгами своими расставаться. Лариса Игоревна хочет новое зеркало, так пусть берет и звонит самой Вики или ее родителям. Меня эти дела не касаются.

— Ой, как мы заговорили. При участковом тихоней была, а тут язык показать вздумала. У тебя есть пять минут, чтобы забрать тряпье и отдать ключи. И звони соседке, пусть сделает то же самое.

Что?

Я ещё Звягиной звонить должна?

Молча, захожу в квартиру, и тут же ногой отбиваю в стену стеклянную бутылку, которая со звоном отлетает от меня.

— Давай разгроми остатки всего. Ломай до конца. — Тут же подлетает ко мне женщина. — Чего уж там? Тетя Лариса богатая, у нее ж аванс ваш остался, на десять ремонтов хватит.

Сарказм засчитан, но после него появилось огромное желание прямо сейчас найти Звягину, и в канализационном бассейне её искупать.

Вот ведь овца.

Она тусила, она свалила, а крайняя я.

Отлично.

Просто замечательно.

Это хорошо ещё, что у меня вещи все собраны были. Я быстренько заскочила в ванную, а по пути в гостиную заглянула, и тут же пожалела об этом. Такого погрома мои глаза еще не видели. Все разбросано, раскидано, кресло перевернула, а кто-то умудрился порвать шторы.

Нужно бежать.

Бежать в свою комнату и проверять сумки.

Включаю свет и зажмуриваюсь.

Страшно. Ей-богу страшно открывать глаза. Я уже представила, как мои вещи разбросаны по полу, ноутбук переломлен на две части, а вместо окна картонка вставлена. Хотя о последнем, хозяйка бы мне точно сообщила, когда прибивала бы мое тело к оконной раме, вместо стекла.

— А у тебя здесь мило. — Слышу голос Корнеева за своей спиной, и тут же открываю глаза.

Мило?

Черт, да он прав.

Если сравнивать с остальными квадратами, то у меня не обычная комната в двушке, а шикарный дворец арабского шейха.

Правда, кто-то в обуви стоял на моей кровати. Весь плед в отпечатках лап, наверно, сорок пятого размера. И это не Звягина. У нее всего лишь сороковой. Хотя, она могла чью-то обувь позаимствовать.

— Было. Когда-то.

До момента, пока по пледу лыжник не прошёлся.

— Собирайся. Твоя надзирательница уже паром дышит, еще немного, и этот дракон с кудряхами превратит нас в люля-кебаб.