Секретные поручения 2. Том 2

– У вас искаженное представление, – сказал он тоном вкрадчивым и неприятным. – Впрочем, что я перед вами рассыпаюсь… Я лучше поговорю с Заишным…

– Это правильно, – рубанул Мамонтов. – Пусть наши начальники договариваются. А пока они договариваются, задержанный побудет у нас.

Он отключился и посмотрел на Дениса.

– Теперь он тебя еще крепче любить будет, – хмыкнул Мамонт. – Вот зануда…

– Ладно, – махнул рукой Денис. – Ты ему все верно сказал. А мне уже как-то все равно, я для них давно отрезанный ломоть. Курбатов едет?

– Курбатов? – переспросил Мамонт.

Он встал и прошел к низкому столику, где стояли чайник и чашки.

– Это кто такой? А-а… Да. Вспомнил. Не знаю. Еще кофе выпьешь? Могу отправить кого-нибудь за ветчиной или там… Ты голоден вообще?

– Нет, – сказал Денис.

Мамонт посмотрел на часы. Час назад Журбинский после предварительного допроса, не давшего никаких результатов, был водворен в одиночку внутреннего изолятора ФСБ. Все руководство областного управления закрылось в кабинете Заишного. До сих пор никто наверняка не знал, кто же был задержан: рядовой агент, резидент или случайная сявка, отправленная изъять закладку за бутылку плодово-ягодного винища.

По версии самого Журбинского, он был как раз последним. Случайный прохожий с невнятной внешностью якобы предложил ему за вознаграждение вскрыть тайник и принести записку. Вообще-то Журбинский меньше всего походил на любителя случайных вознаграждений и легкомысленных сделок: типичный представитель прослойки менеджеров младшего звена, ухоженный и опрятный, изъясняется на вполне литературном русском.

И вдруг – срывается с работы, никого не предупредив, летит черт-те куда, вскрывает тайник… Это как понимать?

«Ну да, – спокойно заявляет Журбинский, – у меня бывает такое состояние, когда я не совсем контролирую свои действия. Может, я не совсем здоров психически. Обследуйте, лечите, я согласен. А за что меня арестовывать?»

С учетом презумпции невиновности, вполне приемлемое объяснение, ничуть не хуже других. Но пять минут назад отзвонилась выехавшая на обыск опергруппа: в надежном тайнике под полом скромный риелтор хранил пистолет с глушителем.

«Беретта», девять миллиметров. С высокой степенью вероятности можно было предположить, что именно из него застрелен Сергей Волков – сосед следователя Петровского и не состоявшийся муж Людмилы Борщевской. Так что ответ на последний вопрос Журбинского уже готов."

"Вот такие дела. Мамонт предложил не размазывать кашу и применить «сыворотку правды».